Книга Аромат Смерти, Страсти, Любви. Нужное подчеркнуть, страница 12 – Анна Владимирова

— Сделайте это сейчас, и попросите доложить вам о результатах в течение пары часов, — Грэгхан достал мобильный, углубился в его экран на некоторое время. — Сейчас мы едем к вам… Самолет в 21.30.

Да что же это такое?!

— В контракте написано, что я должна с вами ехать к себе домой? — прорычала, стискивая подлокотники.

— Договор у вас на почте, Каролина, — поднял он на меня взгляд. — Пересылайте.

— Я никуда с вами не поеду, пока мой юрист не даст свое заключение.

Попыталась посмотреть на него с вызовом, но сразу поняла, что погорячилась. Из его глаз разве что ледяная крошка не сыпалась. Волосы у меня на голове зашевелились и привстали посмотреть, кто этот тип, что так наэлектризовал пространство в нашем с мамой кабинете? Но свою свободу отдавать так быстро я не собиралась. Не знаю, что все это значит, но пока не разберусь хотя бы с доступной информацией, с места не двинусь!

— Звоните юристу, — рявкнул Грэгхан. — Я жду вас в машине на улице. Мой помощник останется здесь.

Он резко поднялся и вновь обратился к своему чемодану.

— На случай, если у вашего юриста будут вопросы, — он припечатал к столу свою визитку, а рядом положил фотографию.

И уже выходя, добавил:

— У вас час.

А я не отрываясь смотрела на лицо моей мамы на фото. Каштановые волосы развевались на ветру, лазурное море маячило за ее плечами, на лице играла легкая улыбка, глаза щурились от солнца. А рядом с ней, приобняв ее за плечи, стоял Грэгхан. Оказывается, он умел улыбаться…

Я ходила по вожделенному индийскому ковру туда-сюда уже двадцать минут. Родион сидел на кресле и внимательно вчитывался в документы, оставленные нашим утренним гостем. Мой экземпляр был на двух языках: русском и итальянском. Как только удалось оторваться от улыбки Грэгхана на фото с мамой, я набрала нашего семейного юриста, объяснила ситуацию и сбросила все документы.

— Даррэйн, — вдруг задумчиво произнес Родион, — договор между частными лицами…

— Я так понимаю, что мама работала на него, — раздраженно выпалила я.

Только почему она мне ничего не рассказывала об этой своей работе? Требовал контракт того или нет, я бы никому ничего не сказала. Хоть бы намекнула! А знать мне о таких знакомых не помешало бы. И то, что она занималась какой-то композицией… Так она часто ими занималась. Мы часто ими занимались.

— И ты поедешь с этим типом… — начал было поднимать на меня глаза Родион.

— Когда это мы перешли на «ты»? — рыкнула я, свирепо раздув ноздри. — Если Слава скажет, что все в порядке, может и поеду. Может, в договоре все так подогнано, что я даже не смогу отказать?! По крайней мере ведет этот Даррэйн себя именно так. Он сказал, что мое имя просто вписано в контракт мамы…

Одно только слово юриста, и у меня будет возможность потянуть время и разобраться во всем этом! К чему такая спешка? Надо было придумать какие-нибудь непреодолимые обстоятельства… Только что-то подсказывало, что все мои вопросы, сомнения и непреодолимые обстоятельства Даррэйн уже просчитал, продумал и преодолел. Я ему была очень нужна. Это льстило. Только зачем? Чем я так уникальна? У него же есть «наша» Альрийская академия! Неужели ее выпускники или даже ученики не могут завершить работу над этой композицией?

Я сама окончила европейскую школу в Грассе, столице парфюмерии, легендарном городе, оказавшемся в свое время в центре событий романа Зюскинда, и не просто так. Академия Грасса является одной из самых престижных в мире, и мне действительно было, чем гордится. И маме тоже, как оказалось.