Книга Последнее желание повелителя, страница 48 – Анна Владимирова

— Аршад… – выдохнула она, глядя на меня такими испуганными глазами, будто вот-вот заплачет.

Но я уже не слушал. Меня колотило от адреналина, сердце дергалось в груди будто в последний раз, а ее большие глаза казались лучшим зеркалом, в котором хотелось остаться отражением навечно. Я скользнул пальцами в ее запутанные волосы и притянул ее к себе, впиваясь губами в ее дрожащий влажный рот. Жадно, жарко, до самозабвения… Хотелось пожалеть ее всю, от кончиков ушей до хвоста, но как же хорошо, что хвоста у нее больше нет! Я даже проверил, запустив пальцы между голыми ягодицами, и Женя задержала дыхание, сжимаясь. Но я не сдавался. Слишком испугался ее потерять и не успеть ничего сделать, бросив ее здесь один на один со всем, что ей еще предстоит.

Но как же хотелось, чтобы это все стало общим. Меня топило в жажде быть здесь и сейчас. Быть живым, а не существующим… И я утаскивал Женю следом. Сначала осторожно спустился губами к шее, ключицам, обхватил ладонями грудь… Женя выгнулась, невыносимо ерзая на моих брюках, и я решительно сжал пальцы сильнее, позволяя себе ее всю. Ее отклик сносил крышу. Мои губы едва коснулись упругого соска, а она застонала так, будто я уже насадил ее на член. Меня всего трясло, как в лихорадке. Казалось, я сдохну, если не получу ее сейчас. Ее кожа покрылась испариной, ладони скользили по ней так, будто она была кусочком теплого сладкого масла, когда жмуришься долго, перекатывая послевкусие от исчезнувшей на языке капли…

Я выпью ее. До дна. Раскатаю по небу и захлебнусь одним глотком.

Глупая смерть. Но только такой я и достоин после всего, что собираюсь сделать…

Я толкнул ее не себя, приподнимая наши бедра, и стянул влажные брюки. Женя испугано захлопала глазами, но я не позволил ей опомниться, возвращая руку в ее волосы.

— Смотри на меня, – приказал, глядя ей в глаза. – Смотри…

И она смотрела. Так испуганно, растерянно и умоляюще, что хотелось зажмуриться. Но я одержимо впивался в нее взглядом, опуская на себя и медленно преодолевая ее тесноту с каждым маленьким движением навстречу… Пальцы сжимались в ее волосах сильнее допустимого, в легких горело от напряжения, а в паху невыносимо ныло от желания, но я продолжал осторожно раскачивать ее бедра, вжимаясь в нее с каждым ее стоном все сильней.

Женя упиралась мне в грудь, царапаясь и будто стараясь не пустить, но, в то же время, двигалась навстречу, сдаваясь. А когда я, наконец, вошел в нее, зажмурилась и раскрыла рот, хватая воздух. И выдержка на этом кончилась. Я приподнял ее и вернул себе снова, наслаждаясь ее ответом. Эта хищница была само совершенство, чистое наслаждение в каждом вздохе! Но мне было мало. Я хотел, чтобы она сходила с ума также, как и я. Горела в моем пламени. Только моем…

Я прижал ее к себе и поднялся рывком на колени. Женя испуганно глянула на меня мутным взглядом, но тут же послушно сжала ноги на бедрах.

— Ты прекрасна, – прошептал я, уложив ее на кровать, и нежно убрал волосы с ее лица. Но тут же впечатал в кровать сильным движением и уже не останавливался, пока она не доверила мне свой крик.

— Аршад! – жарко выдохнула она, и я снова ворвался в ее рот языком. Хорошо, что мне не нужен воздух и можно не отрываться от женщины подо мной, иначе я бы скорее задохнулся.