Книга Его чужая истинная, страница 80 – Анна Владимирова

Внутри будто что-то хрустнуло и сломалось. Я увидела только, как глаза Аррана раскрылись в испуге. Он попытался меня схватить, но у него не вышло – я вывернулась, упала на пол… и, кажется, умерла. Потому что чуткий слух уловил, как остановилось в груди сердце и как с губ сорвался предсмертный хрип.

* * *

Амал

Я вскинул голову и увидел над собой Сиана. Вокруг него в отключке валялись мои подданные, а на горизонте поднималась песчаная буря…

— Что ты творишь?! – прохрипел я, хватаясь за его запястье.

— Не нахожу иного выхода, как поменяться местами, Повелитель, – прорычал он. Вены на его шее вздулись, глаза вспыхнули огнем, а в небо взмыл песчаный вихрь, вмиг скрывая нас ото всех.

— Сэт! – взревел я, пытаясь перекричать ветер.

— Ты совсем не умеешь просчитывать партию вперед! – И он швырнул меня на спину так, что я кувыркнулся через голову и распластался по земле лицом в небо.

Да откуда у этого кота такие силы?! Меня придавило и размазало в центре песчаного смерча, а воздуха становилось все меньше. Сердце колотилось в горле, едва не выскакивая в борьбе за мою жизнь. Но сдаваться я не собирался. Да, такого противника я еще не встречал. Но это значит лишь то, что придется попотеть больше обычного.

— Давай, Нергал тебя побери! – прорычал я и сжал кулаки.

В вены выплеснулся огонь, а в легкие – воздух. Одним рывком, но этого хватило, чтобы отвоевать у Сэта несколько секунд жизни. Второй рывок принес мне уже больше. Радоваться было нечему – Сэту приходилось держать и оборону от джиннов, бившихся снаружи, и меня, а я едва расшатывал давление, которым он меня держал.

— Сиан! – потратил я очередную порцию кислорода на еле слышный сип. – Давай договоримся!

— Уверен? – присел он рядом, и меня едва не размазало давлением воздуха. – Не стоило тебе снимать наручники, Повелитель. Твои генералы, в отличие от тебя, узнали мне цену – наручники оказались что надо. Правда, меня никто об этом не предупредил…

— Я не враг тебе! – позволил он вздохнуть мне глубже.

— Да неужто?! – прорычал он. – Я по доброй воле подставил тебе запястья! А ты сделал меня безопаснее кота и так ни до чего и не договорился с Ашхоном, кроме как притащить меня на эшафот в твоих наручниках! – Он схватил меня за горло, нависая сверху. Глаза его горели ненавистью. – Я бы хотел, чтобы ты и твой отец горели у Нергала живьем! Долго хотел этого! Сначала меня сжирала злость от бессилия перед опустошением, что оставил Аршад от моего мира, потом ненависть к нему… Черная горькая ненависть отравляла меня год за годом, пока едва не сожрала с потрохами! И я сбежал. Бросил свой дом, свой народ, потому что мог принести им только боль и ненависть к твоему роду! – Сиан отпустил меня, снова давая вдохнуть, и продолжал уже с безразличием: – Мне казалось, что я, оставаясь вдали, хоть что-то сохранил внутри себя. Мальва дала мне надежду, что счастье возможно. Но и тут вы до меня добрались и втянули в эту ненависть снова!

Добрались – не то слово! Выпустили эту силу во всей красе! То, что на Сиана кто-то надел настолько серьезные наручники, я действительно не знал. А ведь отец предупреждал, что я недооцениваю его. Проблема в том, что я уже не считал Сэта врагом. Но его так и не убедил. Оставалось попробовать отвоевать его уважение силой.