Книга Мой капитан - киборг, страница 55 – Анна Владимирова

Я застонала, выгибаясь, подставляя ему задницу. И капитулируя. Пусть берет, что хочет. Пусть делает, что хочет!

Пальцы судорожно сжались, и я заскулила — хорошо! От него всего! От того, как двигался его большой член внутри, от чертовых бесстыжих пальцев, творящих со мной такое, о чем и не мечтала, от него рядом… и это его хриплое «тише, дикая» вконец размазывало остатки меня. Как он это делает?

— Сильнее! — прорычала. — Трахни меня сильнее!

— Обойдешься.

Он выпрямился, стискивая мои ягодицы руками, и задвигался легко и быстро, проникая совсем чуть-чуть. Но уже через несколько секунд я извивалась, хватая ртом воздух. Страх, жажда разрядки и дикая обескураженность тем, как он легко мной управлял — все вспыхнуло, потекло по внутренностям и ошпарило низ живота за секунду до того, как меня сотрясло от первой судороги. Кажется, я услышала стон Даррена, который все же выполнил мою просьбу, срываясь в сильные глубокие движения… И только когда он увлек меня за собой, ложась на бок и прижимая к себе спиной, до меня дошло — мы кончили вместе. А теперь лежали в отголосках одного оргазма на двоих, все еще прижатые друг к другу… Так разве бывает? Только ему этого было мало. Он принялся гладить спину, плечи, целовать шею, тереться об меня, как чертов мартовский кот…

— Пусти, — хотела рвануться, но «кот» быстро превратился в «тигра», прижав к себе.

— Не пущу, — зарычал в ухо. — Привыкай… принадлежать нормальному мужику.

И он повернул меня на спину, вынуждая смотреть ему в глаза.

— Может, ты меня спросишь сначала? — хотела усмехнуться, но не нашла в себе силы. Даррен так на меня смотрел, что становилось страшно лишний раз вздохнуть. В его глазах уже давно наступила глубокая ночь, и только странные вспышки зло поблескивали в их глубине.

— Спросить тебя? — усмехнулся он зло. — Куда ты денешься с моей подводной лодки?

Когда я уже приоткрыла рот от возмущения, он положил ладонь мне на скулу и так нежно огладил большим пальцем подбородок, что внутри защемило от дикой жажды подобного касания. Сердце сбилось в груди, а в глазах защипало — я снова сдавалась ему.

— Давай так, — прошептал он хрипло, — я спрошу тебя, когда это все кончится… Когда вернешься домой и увидишь дочь…

— У меня нет дома. — Вышло жалко. А по вискам побежали предательские слезы.

— Тогда, я надеюсь, ты подумаешь хорошо, когда придет время.

Даррен своими нечеловеческими глазами видел меня насквозь. Давил ровно столько, сколько выдержу и позволю — не больше. Но и не меньше. И выдраться не давал, и вроде бы и не держал намертво. Уверена — устрой я истерику, возмутись всерьез, он бы не стал настаивать — не из таких. Но я не хотела вырываться. И он это прекрасно видел. Так, фыркала — правильно он тогда сказал. Это все, на что я способна.

Он вытер слезы с моего лица, но больше не прижимал к себе — не пользовался слабостью. Когда поднялся с кровати и ушел в ванную, я обняла себя руками и скрутилась на кровати клубочком.

Зря он так со мной. Вряд ли я смогу ответить ему тем же.

* * *

Я силился не засадить в кафель кулаком, и холодная вода не остужала голову… Как же с ней тяжело! Держать ее в руках — будто ловить утекающую между пальцев воду. Пришлось признаться, как бы ни хотелось — не моя. Ничья. И такой останется. Как я сдержался, чтобы не психануть от этого ее равнодушного вопроса — сколько я планирую она будет греть мою постель!