Книга Замуж за монстра, страница 23 – Анна Владимирова

Но что-то его будто не устроило. А ошейник внезапно потеплел и продолжил стремительно набирать температуру. Я раскрыла широко глаза, задержав дыхание, Хан же смотрел безжалостно и непреклонно, продолжая пытать. Когда из горла вырвался сиплый стон, меня вдруг что-то отгородило от ведьмака, и я закашлялась, хватаясь мокрыми ладонями за горло.

— Что ты делаешь?! — прорычал угрожающе Стерегов.

— Я должен быть уверен… — начал было сурово Хан.

— Убирайся! Мне не нужна больше твоя помощь!

— Михаил…

— Уходи!

— Прости, что позволил себе это, — повысил голос Хан, — но никто больше не мог!

— Значит, тем более не нужно быть со мной рядом! — рявкнул Стерегов. — А то вдруг она сможет что-то ещё!

Стерегов обернулся, подхвати меня под руку и поставил на ноги. Его тяжелый взгляд прошелся по моему лицу и спустился на горло. Я задышала чаще и судорожно втянула воздух, пытаясь сдержать прорвавшиеся слезы.

— Тебе больно? — потребовал он сурово. Я мотнула головой. Мне было страшно. До того момента, как Стерегов закрыл собой. — Пошли.

И он взял меня за руку и повел из дома.

— Мы в больницу? — сипло спросила я.

— Тебе плохо? — насторожился он. — Я же спрашивал тебя!..

— Мне не плохо! Ты сам говорил, что записал к врачу! — выпалила я и закашлялась.

Стерегов вывел меня на воздух и, поднеся к уху мобильник, потребовал воды.

— А ты хочешь сегодня? — сощурился, опустив трубку.

— Нет, — мотнула я головой.

На улице было сыро, но воздух пах очень вкусно. Территория дома утопала в зелени с ее идеальными газонами и глянцем вечнозеленой палитры, блестящей от воды. Лишь немногие кусты и деревья поменяли цвета на осенние, разнообразив цветовую гамму, но большинство так и застыло в лете.

Я задержалась на веранде, делая глубокий вдох. Здесь показалась гораздо уютней. В одном ее конце находилась уютная зона с диванами и очагом. Теплые пледы, цветные подушки и жёлтые лампочки казались вообще чем-то чужеродным. Но я вспомнила друзей Стерегова и подумала, что Иса сюда вписался бы отлично.

— Ринка, — притянул к себе Михаил, и я моргнула, с удивлением обнаруживая себя в его руках. Запоздалый мороз прошел по коже. А Стерегов пристально всмотрелся в мое лицо: — Он тебе больно сделал?

Я кивнула.

— Он очень дорожит тобой, что… даже… — блеяла я.

— Я сам буду решать, кто и чем тут будет дорожить. — И он протянул мне стакан воды.

— Ну конечно, — прошептала я и принялась жадно пить.

— Тебя здесь никто больше не тронет, — с нажимом пообещал он. — Этого не должно было случиться.

— Да попроси ты, мать твою, прощения, и поехали уже хоть куда-нибудь! — вспылила я, топнув.

— Смысл?.. — начал было недовольно он, но я перебила:

— А ты попробуй!

Он вздернул бровь и неожиданно покладисто кивнул:

— Прости. Прости, что доверял другу и не допустил мысли…

— Тебе повезло, что ты доверял.

— Ещё раз перебьешь меня… — опустил он голову, устрашая взглядом.

— И что? — сложила я руки на груди.

Стерегов усмехнулся… и неожиданно запустил мне лапы под куртку, легко пробравшись под футболкой до голой груди. Я взвизгнула и попыталась вывернуться, но он лишь удобнее прижал меня к себе спиной и пустился в бесстыдную ласку. Кожу на шее согрел поцелуем, но его следы тут же слизал прохладный ветер, пустив по коже волну мурашек. Соски затвердели, остро реагируя на бесстыдные прикосновения.