Книга Сбежать от зверя. Прощение, страница 71 – Анна Владимирова

— Мне не нужны твои инъекции, – подтвердил я. – Смысла мне сажать тебя уже нет. А вот последний препарат хотелось бы найти.

— Хочешь, чтобы я сотрудничал?

— Пожалуй. Ты же знаешь, кто таскает тебе препараты из университета.

— Нет.

Мне показалось, что я ослышался. И что мы с ним снова скатились к началу, когда сначала лучше схватиться за пушку, а уже потом продолжать беседу. Но Стерегов смотрел на меня открыто.

— Как нет? – напряженно переспросил я.

— Первый препарат мне передали в картине. Было весело разгадывать ее загадку, но я отыскал в ней тайник. У меня ушло время на поиски того, кто может помочь с разработкой лекарства. Кого-то даже пришлось убить… – И он снова затянулся. – Я ничего не терял. Ученый-биолог – оборотень, который на меня работает – за границей. Не в Бельгии. Друг друга мы поняли быстро, в частности он осознал, что шутить со мной не стоит. За ним следят мои сотрудники. Но вот уже год он бьется над готовыми формулами и что-то пытается из нее сообразить.

— Передача в картине для тебя была только одна?

— Еще три. Все они сейчас у меня в разработке. Быть может, что-то и выйдет.

И он уставился на меня спокойно. Потому что понимал: я его не выдам. Звериная солидарность – общий враг объединяет. Да, я решил, что буду стоять на стороне закона когда-то… Но те, кто проводили опыты над нашими детьми, к закону никакого отношения уже не имели.

— Марина мне рассказала о твоей проблеме. Меня не устроит, если тебя сделают козлом отпущения с этой кражей.

Мы все еще сцеплялись взглядами, хотя уже было непонятно зачем. Он не был мне больше угрозой. А пропажа нового препарата автоматом записывала нас в союзники.

— Тебя не спросят.

— Что ты намерен делать?..

Стерегов смотрел на меня долго. Настолько, что до меня, наконец, дошло: он не знал.

— …Если будут мысли на тему или нужна помощь, дай знать, – поднялся я.

Он проследил за мной обескураженным взглядом.

— Я убийца, Тахир.

— Я тоже. Только я в системе, а ты нет. Кто-то из нас лучше?

Он кивнул, удивленно усмехаясь.

— У твоей машины стоят пакеты, – сменил вдруг тему. – Не откажи мне в удовольствии передать Марине кое-что для творчества.

— Она может не взять, – нахмурился я.

— Ну, тогда выкинь собственный портрет, – пожал он плечами. – Она, может, поверит, что ты сам все это собрал.

— Сволочь ты, Миша, – беззлобно выругался я.

— Мы оба, Тахир, – оскалился он. – И если все же предпочтешь не хоронить в ней художницу за семейным бытом – заставь рисовать. А картины я раскручу. Это будет несложно. И даже прибыльно. Для всех.

— Это если тебя не посадят и не убьют.

— Ну кто в наше время может что-то гарантировать? – философски заметил он, скалясь.

И я вышел из номера.

Что по итогу?

Я узнал, что не собираюсь сажать Стерегова. И даже удавить его больше не хотелось. Он удивил меня. Это плюс. Гора с плеч. Второе: я понятия не имею, кто таскает ему препараты. И не подставлял ли все это время этот кто-то Стерегова, чтобы потом свалить кражу века на него? Его же легко было заинтересовать – он нуждается в лечении.

Рядом с машиной действительно стояли несколько бумажных пакетов, перевязанные пенькой. Причем три из них по форме напоминали мой портрет.

— Сволочь, – повторил я раздраженно и принялся грузить все это в багажник.