Книга Сбежать от зверя, страница 40 – Анна Владимирова

Тахир привычно напрягся весь.

— Я не знаю, — выдавил нехотя, — что там у этого конкретно случилось…

— Он не выдержал…

— Может.

— Узнаешь?

— Марин… — недовольно процедил.

— Я последняя, на кого он смотрел. Почему он был… такой? Наполовину волк, наполовину будто человек.

Тахир ответил не сразу:

— Мы называем это Анубисом.

— Как египетский бог?

— Да. Помнишь, как выглядел?

— Голова собаки.

— Это голова волка. Анубис, по сути, пик силы двуликого существа. Но мало кто умеет обращаться наполовину. Большинство застревает в этом состоянии.

— А ты умеешь?

— Это не то, что можно тренировать целенаправленно. Оно либо есть, либо нет.

— Мне повезло, что ты успел.

На это Тахир крепче сжал меня и вжался губами в скулу. Мне показалось, что он пострадал гораздо сильней. Я и не поняла толком, что произошло. А он успел все понять и принять решение.

— Тебе надо показаться врачу, — хрипло прошептал он. — Давай позавтракаем, и я отнесу тебя на осмотр.

— Отведешь, — поправила я.

Только он почти не отпускал меня от себя все утро. Его будто парализовало. Взгляд Тахира часто замирал на чем-то, когда он уходил в себя. Наверное, вспоминал события вчерашнего вечера. Только зачем? Неужели у него были к себе претензии?

Когда меня выкатили на каталке из процедурного кабинета, Тахир нашелся в неожиданной компании. Он разговаривал в коридоре с какой-то ну очень привлекательной женщиной. Я вдруг так впечатлилась, что даже не сразу рассмотрела на ней белый халат. Ярко-рыжая, с большими яркими глазами и красными губами. Ну вылитая «русалочка Диснея»! Тахир, правда, быстро с ней распрощался и направился ко мне.

— И кто это? — потребовала я, не успев включить мозги.

— Мой психиатр, — усмехнулся он, берясь за ручки каталки. — Ты не против пообедать не в номере?

— А тут есть, где пообедать?

— Как оказалось.

Кажется, он немного ожил и напоминал себя прежнего.

— Тебе полегчало от беседы с психиатром? — ревниво заметила я в лифте.

Нет, я, конечно, не специалист, но почему-то то, что его вдруг попустило от общения с этой рыжей русалкой, задевало мое женское самолюбие. Удивляло и то, что оно у меня, оказывается, есть.

— Нет, — привычно усмехнулся он. — И мне не полегчало.

— Так испугался, что меня убьют?

— Да, Марина.

И он выкатил меня в огромной оранжерее, наполненной ароматами цветущих растений, пением птиц и журчанием воды. Мы будто попали в параллельное пространство.

— Ух ты! — выдохнула я, вытягивая шею.

Воды тут было много — целая искусственная речка брала начало где-то за скрытой панелью и текла вдоль стены, огороженная каменными берегами. Вдоль нее располагались террасы со скамейками на зеленых лужайках. В другой части оранжереи возвышались тропические растения и летали настоящие птицы. Казалось, здесь можно дышать глубже и свободней, но высоко за пределами зеленых крон виднелось стекло.

— Не была тут?

— Нет, — качнула я головой. — Куда мы?

— Терпение.

Все бы ничего, но девушки в пижамах все портили, хоть я и была одной из них. Но я же не больна. Зачем мне тут на них смотреть? И Тахир это знал. Он увел меня подальше вглубь, где у небольшого фонтана уже был накрыт столик на двоих. Оказавшись в уютном кресле, я вздохнула, запрещая себе грустить о свободе. Тахир и так старается, чтобы я не чувствовала себя тут пациенткой. Правда, в нашем номере мне теперь казалось уютней.