Книга Мой сводный зверь, страница 49 – Анна Владимирова

Тахир мне улыбнулся.

— У тебя снова что-то стряслось, — констатировал, когда я подошла ближе и протянула ему чашку кофе. — Спасибо.

— Ты удивительно чуткий, Тахир.

Я обняла свою чашку и вздохнула прохладный воздух глубже. Здесь казалось, что все тревоги надуманы. И что стоит отключить мобильный, как они заглохнут навсегда и никогда больше не доберутся до нас с дочерью. Я оглянулась на Ксеню, убеждаясь, что она не услышит.

— Олег звонил моей помощнице и угрожал ей.

— Вот как? — удивленно округлил глаза Тахир. — Ничего себе…

— Да. Запугал достаточно, чтобы она никуда не заявила. Не могу ее упрекнуть.

— Не переживай. Он понял, что у него ничего не выйдет, и запугать тебя не получилось, — довольно заметил он. — Все будет хорошо.

— А Эльдар не звонил?

Я вдруг подумала, что у меня даже номера его нет.

— Нет. Дать тебе его номер?

— Только хотела попросить, — смущенно кивнула.

Но, получив номер, набрать не решилась. Как-то странно, наверное, это будет выглядеть — сутки прошли, а я уже названиваю Эльдару, как жена… Хотелось выдохнуть, притормозить, все взвесить… Но из-за этих обстоятельств в моей жизни все как-то набрало такую скорость, что затормозить не удалось бы ни при каких обстоятельствах, и мы столкнулись с Эльдаром на полном ходу. Именно так я себя сейчас чувствовала — полная потеря управления и смертельная усталость от происходящего.

Мне нужна была опора. Впервые за долгое время… А в этом доме все словно создано для нас с Ксеней. Внимательный и понимающий Тахир, мамин кабинет и ее вещи, лес, тишина, спокойствие, волк… и Эльдар. При мысли о нем у меня начинали пылать щеки и теплело в животе.

— Ксеня, пошли обедать…

Я вздохнула, оглянувшись на Тахира.

— …Карин, пойдем? — кивнул он мне на дом.

— Да, иду, — улыбнулась. — Спасибо, Тахир.

* * *

Домой я добрался, когда уже стемнело. Провонял городом насквозь, но был доволен результатом. Рус выдал мне удостоверение, контракт и даже нотаций не читал в этот раз, за что я безмерно был ему благодарен. Все прошло на удивление спокойно. Даже неожиданно. Я столько лет избегал мегаполиса, не желая возвращаться в болезненное прошлое, но когда снова пришлось сделать ставку на жизнь, прошлое уже не причинило боли. Оно отпустило, позволило дышать, хоть и не разрешило забыть…

Мне было пять, когда мать попала в больницу. Да, воспоминания казались сном. И помню я в основном запахи и звуки. Выхлопные газы, гул машин, топот ног и гулкое эхо пустых коридоров, пропахших медикаментами…

Мать несколько лет страдала тяжелой депрессией. Она не приняла новую реальность. Ее психика не справилась. И она медленно угасла в больнице.

Сначала я был слишком мал, чтобы ездить к ней, да и приют был далеко. Но уже в девять лет сбегал в город несколько раз в неделю. Тогда он дарил мне надежду. Как только его гул начинал вибрировать на коже, душа оживала новой надеждой. Я все ждал, что мать поправится, и мы снова будем вместе… И каждый раз меня убивала пустота в ее глазах.

К ней пускали редко, когда было можно, но даже тогда она смотрела на меня с такой болью, будто это я лишил ее жизни. Но все чаще я смотрел только через стекло и даже думал, что так легче нам обоим.

А однажды меня к ней не пустили.

— Ну как? — донеслось тихое от крыльца, и Тахир поднялся навстречу.