Книга Тайна последнего предсказания, страница 93 – Оксана Пелевина

— Вы так просто говорите об этом, – не веря своим ушам, испуганно произнесла Мадлен.

— Мне нечего бояться. Ты не представляешь угрозы, – ответила Маргарита. – А если бы это было так, у меня за плечами есть сила, способная меня уберечь. А ты, раз уж выжила, должна знать своего противника в лицо.

— Это вы отдали приказ убить Розетту?

— Она была слишком болтлива.

От холодного признания Маргариты по спине фрейлины пробежали мурашки.

«Какая жестокость и расчётливость. Она говорит об убийстве, но при этом не испытывает никаких эмоций. Она чувствует своё превосходство. Знает, что я никак не смогу использовать её признание».

— У тебя ещё остались вопросы?

Снисходительный тон Маргариты задевал девушку, вызывая ещё большую неприязнь к сестре короля. Мадлен не хотелось продолжать этот разговор, и она покачала головой.

— Хорошо, тогда ступай. Полагаю, ты донесёшь наш разговор до моей матери. Но это случится уже после того, как я покину Тюильри, поэтому ты ничего не добьёшься, – усмехнулась супруга Наваррского.

Уже у двери фрейлина вновь услышала голос Маргариты:

— Если покинешь королевский двор по собственному желанию, может быть, спасёшься. Останешься подле моего брата – и я продолжу считать тебя букашкой, которую нужно раздавить.

Не оборачиваясь и не отвечая, Мадлен покинула покои Екатерины. А спустя пару часов чёрная карета Маргариты увезла её прочь из Парижа.

После гибели Розетты прошло несколько недель. В первое время в коридорах Лувра часто вспоминали о кровавой расправе над служанкой, но вскоре эти разговоры сошли на нет. Однако слухи о том, что неуловимый душегуб добрался до Парижа, то и дело всплывали в светских беседах. Девушки, живущие в замке, будто стали осторожнее, пугливее. Они уже не стремились поодиночке посещать улицы столицы и не выходили за ворота Лувра после захода солнца.

В отличие от них, Мадлен знала, что в смерти Розетты не было ничего мистического. К фрейлине уже была приставлена новая камеристка, скромная и неразговорчивая Сесиль. Но Мадлен время от времени вспоминала о болтливой жизнерадостной Розетте. К новой прислуге фрейлина относилась с осторожностью, ведь после того, как она чуть не погибла от руки прошлой служанки, Мадлен было трудно доверять новым людям. В один из вечеров, уже устроившись в постели, девушка вновь взяла в руки дневник Нострадамуса. Долгое время ничего не происходило, и фрейлина уже собиралась убрать книгу обратно под подушку, но вдруг, коснувшись одной из вырванных страниц, мадемуазель Бланкар поняла, что снова проваливается в прошлое. Тёмные покои сменились закатным пейзажем.

По безлюдной тропинке, проходившей вдоль дикого побережья, подгоняя коней, скакали двое приятелей. Свернув на едва заметную дорожку, юноши подъехали к высокой горе и спешились.

— Дальше придётся идти пешком, – с сожалением произнёс Сезар.

Оставив лошадей у подножия, приятели упрямо карабкались на прибрежную скалу.

— Не представляешь, как сложно мне было устроить для тебя эту встречу, – снимая с мундира прилипший репейник, сказал Сезар.

— Ты прав, не представляю, – откликнулся Мишель, – у меня ушло несколько лет на поиски этого культа – и никаких следов.