Книга Тайна последнего предсказания, страница 47 – Оксана Пелевина

В тёмном сарае, застеленном сырой соломой, было холодно и мрачно. Подрагивая от холода и страха, у самого входа стояла ещё молодая Сюзет. Мадам Ранье было не больше восемнадцати. В этом возрасте аристократка и жена высокопоставленного дворянина совершенно не походила на женщину благородных кровей. На ней было простое крестьянское платье, явно ей не по размеру. На руках от тяжелой работы загрубела молодая кожа. Девушка испуганно вглядывалась в дальний угол сарая, где в тени притаился высокий мужской силуэт.

— Я готова, – тихо прошептала девушка.

Некто, стоявший в углу, молча вытянул руки, указывая на дальнюю стену. Лишь сейчас, присмотревшись, Мадлен заметила в темноте очертания каменной статуи. Разглядеть её не удавалось, но фрейлина была уверена: похожее изваяние, только гораздо большего размера, она уже видела раньше, во сне. Тем временем Сюзет с осторожностью подошла к статуе. Опустившись перед ней на колени, девушка достала заострённый камень. Сморщившись от боли, она провела им по ладони. Кровью, выступившей на руке, Сюзет начертила на статуе символ бесконечности и тихо произнесла:

— Батист Ранье, тот молодой граф, за чьими лошадьми ухаживает мой отец, должен жениться на мне.

Зажав руками виски, Сюзет едва не вскрикнула от боли.

— Да, я готова заплатить эту цену, – ответила она на вопрос, что не был озвучен и, быть может, прозвучал лишь в её голове.

— Через смерть к бесконечности… – повторила она за кем-то и повернулась к фигуре, стоявшей в углу. – Всё сработало? – спросила она.

Тёмный силуэт медленно кивнул. Видение закончилось.

Глубоко вздохнув, Мадлен вновь увидела перед собой коридор королевского дворца, испуганную Сюзет и обезумевшую от ужаса Фредерику.

— Помогите отвести её в покои, – попросила мадам Ранье. Гвардеец, что прибежал на крик девушки, поднял несчастную на ноги. Вместе с Сюзет они увели Фредерику в комнату.

— Бедняжка переволновалась, последние недели выдались для семьи Ранье очень непростыми, – объявила королева взволнованным фрейлинам. – Пойдёмте, дамы, здесь не на что больше смотреть.

Луиза направилась в свои покои, её спутницы плавно поплыли за ней. Мадлен шла последней, всё ещё не в состоянии отойти от последнего видения. «Что за странный ритуал проводила мадам Ранье в юности? Неужели она действительно была дочерью обычного конюха? Получается, лишь колдовство заставило Батиста Ранье жениться на ней. Почему я увидела это? Должно быть, этот ритуал как-то связан со смертью Жозефины». Закончить свои размышления Мадлен не успела. Кто-то схватил её за запястье и, резко рванув в сторону, затащил за угол. Мадемуазель Бланкар едва не закричала, увидев перед собой суровое лицо Фабьена.

— Предупреждаю, никакого крика, – грозно заявил он, и Мадлен не посмела даже пикнуть. – Советую честно ответить на мой вопрос, мадемуазель Бланкар, иначе ваша ложь повлечет большие неприятности.

Мадлен кивнула, не желая злить и без того недовольного гвардейца.

— Хорошо, что вы понимаете, Мадлен. А теперь говорите, кому вы проболтались о теле Жозефины?

Мадлен с непониманием уставилась на Фабьена.

— Я никому не говорила об участи мадемуазель Ранье.

— Вы лжёте! – злился месье Триаль.

— Нет, я говорю правду. Если бы я кому-то рассказала, об этом говорил бы уже весь Лувр, разве не так?