Книга Черное сердце фейри, страница 83 – Яна Вуд

— Ты как дикий зверь, честное слово!

Я хищно склонил голову набок.

— Почему «как»?

С губ ведьмы сорвался недоверчивый смешок. Закатив глаза, она высвободилась из объятий, шагнула к двери.

— И все же я предпочту переодеться!

Не дав ей выскользнуть за порог, я сгреб ее в охапку, и Кара изумленно пискнула.

— В замке холодные полы, а ты босиком. – Я прижал ведьму крепче, наслаждаясь теплом ее мягкого тела. – Я тебя отнесу.

Облачившись в удобное платье цвета спелой черники, Кара заявила, что первым делом мы заглянем к Морврану. И, возможно, она была права, что так торопилась. Когда мы вошли к нему в спальню, несчастный дворецкий лежал на кровати без сил, кожа его была бледной, как у мертвеца. Лоб блестел от пота, лицо исказила гримаса боли. Боггарт даже не пошевелился, когда мы приблизились. Только крепче сжал окровавленное одеяло.

Отдернув его, Кара судорожно втянула в себя воздух. Повязка на ране Морврана, явно наложенная неумелыми руками пикси, сбилась в сторону. Рана снова открылась, и темная простыня под боггартом успела пропитаться кровью.

Ведьма обернулась ко мне. Лицо ее потемнело от ярости.

— Почему проклятые пикси не позаботились о нем?!

— Они позаботились как смогли, – возразил я, кивнув на повязку. – Если ты не успела заметить, мы, неблагие фейри, не особо сильны в целительстве. Иначе бы я не валялся ночами в залитой кровью постели, раздираемый на части гребаным проклятием.

Эти слова внезапно отрезвили Кару. Глубоко вздохнув, она решительно кивнула мне.

— Зови их. Пусть хотя бы помогут. – Она судорожно вздохнула. – Если бы я владела целительной магией лунных ведьм, то могла бы сделать больше. А сейчас все что я могу, это использовать зелья и травы.

Обхватив пальцами ее подбородок, я заставил Кару посмотреть мне в глаза и проговорил медленно и отчетливо, чтобы от ее внимания не укрылось ни одно слово:

— Если бы ты владела такой магией, то была бы сейчас мертва. – Я помолчал, ожидая, пока она осмыслит эти слова. – Вампиры бы разорвали тебя на куски. Поэтому я дьявольски рад, что ты владеешь темной магией разрушения, моя Кара.

После боггарта мы заглянули в крыло замка, где обитали гоблины. У входа в просторную комнату, где они собрались все вместе, неуклюже растянувшись прямо на полу, нас встретил безмолвный Сайлас. И без того грозный, после схватки с вампирами он казался еще более свирепым.

Я ожидал, что этот недоверчивый ублюдок вновь станет рычать на Кару, и готовился зарычать в ответ, но тот неожиданно протянул ей когтистую руку. Судя по расширившимся глазам ведьмы, ее это удивило не меньше, но она тут же овладела собой и вложила в его грубую ладонь тонкие бледные пальчики.

Оказалось, Сайлас решил позаботиться, чтобы Кара не споткнулась о высокий порог. Похвально, но теперь уже мне захотелось зарычать на гоблина совсем по другой причине. Чтобы он не трогал то, что принадлежало мне.

Но я понимал, что собственническое желание сгрести Кару в охапку и припечатать кулак в челюсть Сайласа было верхом идиотизма. Гоблин был верен мне до кончиков огромных уродливых ушей. И в его внимании к Каре не крылось ничего иного, кроме желания позаботиться о ведьме, что была дорога его господину.

Ведьме, что, в отличие от большинства придворных фейри, не обращалась с гоблинами и прочими существами так, словно они были ниже ее. Кара относилась к ним с уважением, как к равным. И я был этому дьявольски рад. Меня всегда выводило из себя, как отец с матерью обращались со слугами. Словно они были не живыми существами, а вещью. Родители пытались и меня заставить обращаться с ними подобным образом, но на этом поприще их старания не увенчались успехом.