Книга Черное сердце фейри, страница 126 – Яна Вуд

— М-м-м, – протянула я, понимая, что играю со зверем. – От нежности к животной страсти, так быстро. Что же случилось с твоей выдержкой, мой король?

— Я не был в тебе уже больше двух дней, – сдавленно прорычал он. – И ты весь вечер сводила меня с ума. Это проклятое платье! Мне приходилось бить себя по рукам, чтобы не сорвать его с тебя прямо там, за праздничным столом.

Ловкие пальцы Брана заскользили вниз, очерчивая мои изгибы, до боли стиснули бедра. Издав нетерпеливый рык, фейри вжался всем телом в мое, и, ощутив спиной его твердость, я тихо простонала, упиваясь тем, как сильно он уже меня желал.

Обернулась, вцепившись пальцами в его широкие плечи. Скользнув языком по его губам, потянула зубами за нижнюю. Бран издал хриплый стон и, растеряв остатки терпения, рванул платье на моей спине. Блестящие пуговицы брызнули в разные стороны.

— Мне нравилось это платье, – проворчала я.

— Я достану тебе новое, – хрипло выдохнул он. – Десятки платьев, сотни, тысячи.

Я с вызовом изогнула бровь.

— Их ты тоже потом испортишь?

Широкая ладонь властно обхватила меня за шею.

— А как ты думаешь, мэй лэран? Не моя вина, что ты так неотразима, что у меня не хватает терпения спокойно тебя раздеть.

Подавшись вперед, я обвела языком край его заостренного уха, прошлась губами по шее, так, что остались следы – своеобразные метки, чтобы все знали, кому он принадлежит. Прикусила, срывая с губ моего мужа все больше рычащих стонов.

— Признайся, тебе нравится рвать мои платья, – промурлыкала я.

Бран издал какой-то странный сдавленный звук, точно он отчаянно пытался уцепиться когтями за остатки самоконтроля, но у него ничего не выходило.

— Очень, – выдохнул он. – А еще мне нравится брать тебя нежно и грубо, когда ты подо мной, и когда на коленях, в постели, у стены, на столе. Я дьявольски люблю брать тебя жаждущей, дрожащей, обнаженной, упиваясь твоими мольбами и стонами. И прямо сейчас я собираюсь овладеть тобой на этом ложе из мха, а потом еще раз в озере и заставить тебя так самозабвенно и оглушительно кричать, что ни для кого в лесу не останется секретом, что ты моя.

Я захлебнулась, сбитая с ног образами, которые Бран нарисовал бесстыдными словами. Шероховатые пальцы властно легли мне на плечи, и платье скользнуло вниз.

Прохладный воздух охладил грудь, тут же сменившись ощущениями горячего голодного рта. Я слабо вскрикнула, запустив пальцы в черные волосы Брана, невольно дернула за них, выгнулась всем телом до упора, точно в нем разом оплавились все кости.

Мои ноги подогнулись, но Бран не стал меня подхватывать. Рухнул на землю следом, придавив мое тело своим. Изумрудный мох смягчил падение, и пальцы мужа устремились по внутренней поверхности моего бедра, лаская разгоряченную кожу.

Когти оставляли на ней бледные следы, дойдя до верхней точки, рванули белье. Ткань разошлась с треском, обнажив уже влажную кожу. Бран отбросил кружевной клочок, втянул когти и, коснувшись узелка нервов, заскользил вверх-вниз, не проникая внутрь.

— Ты промокла насквозь, мэй лэран, – довольно проурчал он. – М-м-м, хорошая девочка. А ведь я еще почти ничего не сделал. Тебе нравится, когда я говорю о том, что мечтаю сделать с этим божественным телом, да?

От его слов желание охватило меня с новой силой, пронзая тело мучительно сладкой болью. Влага хлынула между ног, и это не осталось незамеченным.