Книга Оставь свою жалость для (себя) меня, страница 76 – Майя Тень

Строгое платье до середины колен, нарядное за счет белоснежного цвета и кружевных рукавов уравновешивало озорной вид и губы… едва тронутые помадой… Все в Лике просило внимания и поцелуя. Глаза лихорадочно блестят. Волнуется? Боится? Надо успокоить? А что, вчера не смогла снять напряжение в отеле? У меня, например, вообще не было времени на такие шалости. Мне проблем с ее сводным братом за глаза хватило, чтобы ночь толком не спать. Да и сейчас постоянно думаю о нём: задержат ли его? Будут ли от Антона какие-либо новости? Просил же сразу идти за разрешением на обыск и арест. Скоро девять часов и начнется регистрация, вряд ли будет возможность звонить. Да и черт бы с ним. Позвоню позднее. Страшно другое: что взбредёт в больную голову Михаила? Где он ходит, если не работает, а дома жена с малышами-близнецами с ума сходит? Почему так уверен, что скоро разбогатеет?

Знает ли Лика, насколько ненавистна своему брату? Краем глаза слежу за ней. Красивая. Невероятно нежная. Даже на минуту вроде понимаю Алекса, что не устоял и завлёк мою девочку в отель. Это ж всё равно, что держать в руках бутон нежно-кремового цветочка и знать, что вот сейчас, на твоей ладони он распустится. Только для тебя. Только благодаря тебе. И тогда нежность превратится в огонь, пламя.

Да что теперь. Сам виноват. Своими руками сотворил им условия, чтобы сблизились.

Только рядом со мной она вовсе не цветочек. Улыбка, что блуждала на губах утром, совсем скоро завяла. Так неприятна мысль о нашем браке? Жалеет, что Алекс уедет? Нервы, и так натянуты до предела, сдают, так и подмывает сказать, что если секс ей так понравился, пусть не переживает, на меня тоже женщины пока не жаловались. Грубо, конечно. Молчу. И все равно мы успеваем сцепиться по пути на регистрацию. Как издевательство звучат ее слова «Это из-за вчерашнего ты меня наказываешь?». Какая сознательность, черт бы ее побрал. Прекрасно понимала, что творит, прощальный секс устроили с Алексом? Вот из-за этого я и не хотел никогда серьезных отношений, рано или поздно все заканчивается в отеле с другим или другой…

(листаем дальше, там ещё одна глава)

Если не считать некоторые левые переживания, наша роспись с Ликой прошла хорошо. «Левые» переживания — это дергание глаз из-за отсутствия вестей от Антона, тревожный звоночек о чужом чуваке на мероприятии, который вроде как оказалось ложным. Ну и понятно, к Алексу я тоже никак не мог относиться как прежде. Сначала не мог. До того, как он взял слово.

«Твой Эдем». Подарок. Нам с Ликой.

Дурак. Кретин. А как еще назвать того, кто выносит обвинительный приговор близким, не разобравшись, не спросив, просто потому, что ему показалось? Вот и смотри теперь, как Лика плачет от счастья на груди Алекса. Так должно было быть? Кто должен был радовать жену?

Алекс и тут оказывается мудрее и взвешеннее меня. Дает Лике пролить самые первые слезы и мягко отстраняет от себя, подтолкнув ко мне. Я бы на месте девочки не то, чтобы обнял меня и плакал, я б хорошего такого пинка поддал. Но Лика ещё в плену эмоций, она прижимается доверчивым котёнком. Трогаю, наконец, эти чертовски притягательные волнистые волосы, целую в висок, хочу сказать что-то тёплое. Но это оказывается невыносимо сложно, невероятно сложно.