Книга Любить нельзя. Расстаться, страница 51 – Галина Милоградская

— Папа, – Алина попыталась улыбнуться, но тут же поморщилась – голова всё ещё болела. – Я всё-таки сделала это!

— Сделала. – Никита протолкнул комок в горле и подошёл к кровати. Света тут же поднялась, уступая место, ласково посмотрела на дочь.

— Я зайду позже. У тебя сегодня и так будет не протолкнуться от посетителей.

Никита вышел через полчаса – Алина уснула. К его удивлению, Света ждала его. Поднялась со скамейки, остановилась в шаге и неожиданно коснулась его руки, сжала.

— Она полностью оправится и сможет вернуться к тренировкам.

Заторможенный кивок. Никита посмотрел на их руки, и Света тут же отпустила, нервно поправила волосы.

— Спасибо, что сказала, – прошелестел он. Обошёл её и неспешно пошёл к выходу.

С самого утра Даня в волнении носился по дому, о чём-то перешептывался с Тамарой и мчался в свою комнату. Поначалу Сергей не обращал внимание: мало ли, какие у них дела, в них вникать – себе дороже, лучше посидеть над шахматной доской на веранде. Однако суета, которую он навёл, в конце концов привлекла внимание. Вздохнув, Сергей окликнул Тамару.

— Что случилось?

Тамара улыбнулась лисицей, села в кресло и посмотрела на доску. Никогда не понимала эту игру, хотя Сергей не раз пытался объяснить, проявляя чудеса терпения. Сама бы на его месте давно швырнула доску с фигурами ему в голову, если бы пришлось в сотый раз рассказывать правила. Может, именно за это терпение, которое он всегда проявлял к её вспыльчивому характеру, Тамара ни слова не говорила, когда он уходил посидеть в тишине. У каждого свои способы отдыхать.

— Даня влюбился, – тихо сказала она и передвинула одну из фигур. Сергей нахмурился и аккуратно вернул её на место.

— Правда? И в кого?

— В Алину. – Дождавшись, когда его брови приподнимутся, Тамара улыбнулась шире. – Представляешь? Сейчас делает ей открытку и какой-то подарок, сказал, что хочет отнести в больницу.

— Хм, – задумчиво протянул Сергей, – разве ему не рано влюбляться?

— Рано? – Тамара фыркнула. – Я впервые влюбилась в семь! Это был внук моей няни, он был старше на год. Помню, у него были такие красивые зелёные глаза…

— Хватит, не продолжай, а то я начну ревновать, – усмехнулся Сергей.

— А ты помнишь свою первую любовь?

Тамара снова передвинула фигуру на доске, хитро посмотрела исподлобья. Ей нравилось наблюдать, когда он полностью поглощён шахматами и мыслями о стратегии. Конечно, одному сложнее, но в этом был весь Сергей: просчитывать ход битвы с двух сторон, предугадывая следующий шаг противника. Его тонкие брови в особенно напряженные моменты сходились на переносице, взгляд то погружался в себя, то скользил по фигурам так стремительно, что она не успевала понять, куда именно он только что смотрел. Сейчас его глаза опустились на доску, но мысли явно были далеки от игры. Так смотрят, копаясь в памяти, вспоминая что-то личное, недоступное другим.

— Серёж?

— Помню, – тут же откликнулся он, глядя на неё, – моей первой любовью была ты.

Они никогда не поднимали эту тему, ведь кому какое дело, кто у кого был до, если теперь – вместе? Тамара всегда говорила, что для множества любовных побед Сергей слишком ленив, он соглашался и отвечал, что брак – чересчур проблематичная вещь и они поженились лишь потому, что иначе её братья попросту закопали бы его в пустыне. Это всегда казалось милой шуткой. До последнего времени.