Книга Сильнее ветра, страница 48 – Лия Аструм

Дин, въезжающий каждое утро на школьный двор на своём ревущем мустанге, любил окинуть тачку Эйдена надменным взглядом и прокатить ещё парочку показушных кругов по территории кампуса, поднимая столпы вонючего дыма, разъедающего слизистую глаз. Выпендрёжник. Эйдена этим не пронять.

— А если твой отец расскажет моим?

— Не расскажет.

Уверенность в его голосе всегда действовала на меня безотказно.

Немного успокоившись, я перевела взгляд на дорогу, смотря, как рассеивающий свет фар скользит по серому асфальту, вдоль расчерченному прямой пунктирной линией.

На безлюдных улицах Авентуры сложно за что-то зацепиться взглядом. Высокие заборы, скрывающие однотипные роскошные дома с продуманными ландшафтами и огромными бассейнами с хлорированной водой. Я в кои-та веки даже порадовалась тому, что ночью здесь в отличие от Miami Beach, на котором днём и ночью не прекращались тусовки, стояла тишина. Сейчас мне хотелось именно её. Абстрагироваться от остального мира и смотреть на короткие, покрытые свежей белой краской отрезки, пропадающие под передними колёсами автомобиля. Слушать тихо льющуюся из колонок песню Бибера, которую Эйден поставил специально, чтобы подразнить меня, и бросать отрывистые взгляды на мужскую руку, расслабленно лежащую на руле, обтянутом чёрной кожей. В этом городке жители не любили шататься в тёмное время суток, и это являлось огромным плюсом в сложившихся обстоятельствах. Свидетели нам не нужны.

Спустя всего несколько минут Эйден остановил машину на пустой парковке и, заглушив мотор, отстегнул мой ремень безопасности.

— Оставим обувь здесь, – разумно предложил он, вытаскивая ноги из сланцев.

Я послушно стянула белые конверсы и вылезла наружу.

Мы двинулись в сторону береговой линии, проходя мимо многочисленных разросшихся зелёных кустов и уходящих ввысь твёрдых стволов пальм. Туго затянутые шапки зонтов возвышались над пустыми шезлонгами, составленными в несколько ровных рядов. Спокойные волны разрезали гладь океана, отражающего чернильное небо, усыпанное тысячами мерцающих звёзд. Океанский бриз развевал волосы, проникал под одежду, ласкал кожу и срывал липкую плёнку, оставляя в награду мелкие капли солёной воды. Сегодня было на удивление безлюдно, и только глухо долетающий до нас чужой смех доказывал то, что мы не единственные искатели ночных приключений.

Не доходя несколько футов до кривой линии, окрашивающей сушу в тёмный цвет, Эйден уселся на недостигнутый водой песок и, расставив широко ноги, упёрся руками в колени.

— Твоя затея может плохо закончиться. – Я опустилась рядом, откидывая назад раздуваемые ветром волосы.

— Боишься?

Боялась. Но боялась я не гнева родителей, а того, что меня накажут, и я не смогу видеться с ним.

— Не хочу наказания.

— Тебя наказывают даже, когда ты ничего не делаешь.

Это так. Моей матери не нужен был особый повод, чтобы закрыть меня дома. Для осуществления задуманного достаточно её плохого настроения.

— На самом деле, в последнее время меня не трогают. Твой план сработал, – тихо проговорила я. Рассказывать о приступах агрессии Оливии я не стала. Ему ни к чему это знать.

Эйден повернул голову в мою сторону и внимательно посмотрел мне в глаза, ожидая продолжения.

— Меня это расстроило, – разоткровенничалась я. – Я думала… – Тяжело вздохнув, я подтянула колени к груди и, обвив их руками, положила сверху голову. – Что они изменились. Их отношение ко мне изменилось.