Онлайн книга «Горизонт свободы»
|
К своему минутному облегчению, я не нашёл на Эм никаких следов насилия, лишь ожидаемо характерные признаки: связанные за спиной руки, закрытый повязкой рот и шокированный взгляд, направленный на моего подстреленного друга. У цветочка дрожал подбородок, пока она, почти не моргая, разглядывала скрючившееся тело Белль. А когда наши с ней взгляды столкнулись, пронзительный голубой из-под слипшихся от слёз ресниц безжалостно выпустил всю обойму прямо мне в сердце. Эм была в ужасе, а я мог только предполагать, сколько часов назад произошло похищение, что с ней делали и как сходил с ума Дэниел, обрывая мне телефон, который ещё перед отъездом из клуба был изъят пронырливым Карлосом. Меня бросило в жар. Я уже и забыл, какого это – настолько боятся за чужую жизнь. И ладно, если бы Виктор умел раздаривать пули и уходить. Нет. Он любил калечить, издеваться. И его верный слуга, ковыряющий пистолетом мой затылок, уже облизывался и предвкушал степень извращённости приказа. Впервые за последний час я увидел что-то положительное в новости о нашем близком родстве. По крайней мере, меня не пристрелят, и я могу поторговаться за жизнь Эм. — Я польщён. – Я старался восстановить самообладание, скрывал эмоции за холодной усмешкой. – Ты устроил целое представление, чтобы получить мою преданность. Но преданность невозможно купить, расплатившись чужими жизнями. – Обливая сухим равнодушием, я пристально смотрел Виктору в глаза. – Её можно только заслужить. Руиса ничуть не тронуло моё философское выступление. Он уже всё решил. — Громкие слова, mi chico. Но именно твою преданность я куплю, хоть она и так моя по праву рождения. Из нашей семьи нет выхода. Ты – мой сын, и это накладывает определённые обязательства. Не будешь подчиняться – будешь страдать. Всё это время я был снисходителен, но, если моё терпение иссякнет, я проявлю свою худшую сторону. Уничтожу всех, кто хоть раз в жизни тебе улыбнулся, а тебя посажу в клетку. И ты будешь сидеть в ней, пока я не увижу виляющий хвост и безграничную верность. — Ты выжил из ума! – Контроль треснул. Голос засквозил раздражением. – Каждый в этом зале мечтает получить твоё наследие! Какого хрена ты привязался ко мне?! — Я скажу вкратце. По правилам структуры моё место может занять только кровный родственник. И даже он должен доказать, что достоин. Поэтому вот как мы поступим: ты уже успел догадаться, что бедных детишек здесь нет… Джейден встал за спину Эм и провёл костяшками вдоль её шеи. Коснулся волос. Внутри что-то зазвенело. Снимок полетел на пол, ногти впились в плоть, стремясь проткнуть насквозь загрубевшую кожу. В разреженный воздух просочилась ярость. Моя ярость. Она парила в воздухе, собиралась в плотный сгусток и отзывалась больной пульсацией в голове. — … Я признаю тебя сыном, и ты займёшь своё законное место рядом со мной… Фостер склонился над Эм и втянул носом воздух возле её виска. Цветочек вся сжалась и, тяжело сглотнув, подняла на меня затравленный взгляд. По её щеке скользнула капля, впиталась в покрытую пятнами тряпку. У меня кровь замёрзла в жилах. Заледенела. Заморозила бьющееся на износ сердце. — … Пока возьмёшь на себя европейское направление, дальше посмотрю на твои старания… Джейден, осклабившись, обвёл пальцем контур маленького ушка, спустился ниже. Сбросив на пол куртку, накинутую на плечи Эм, он поддел широкий ворот её футболки и потянул его вниз, медленно оголяя белоснежную кожу с тремя родинками, разбросанными треугольником. |