Книга Десять писем, страница 111 – Лия Аструм

Звучало смело. Алекс никогда не страдал тщеславием, и если он так открыто шёл наперекор своему непоколебимому отцу, значит, действительно игра стоила свеч.

— Как Эмили?

— Дата операции назначена, – с серьёзным выражением лица ответил брат. – Протез готов. Самый лучший. Первое время придётся тяжело, но затем она привыкнет и практически не будет чувствовать разницы. Я подыскал ей идеальное место для реабилитации со спортивной площадкой и хорошего тренера.

— Алекс…ты… – Я не знала, как правильно выразить свои чувства.

— Что? – Улыбаясь уголками губ, он выжидательно выгнул бровь.

— Ты очень хороший, – смущённо выдохнула я. Стерва внутри загоготала как ненормальная.

«А ещё красивый, сексуальный, неповторимый, самый лучший, и я уже хочу твой член в себе».

«Ты отвратительна».

— Да неужели? – ёрничал он. – А как же твоё: «Я тебя ненавижу»?

— Ты же знаешь, что это не так!

— Догадываюсь, – кивнул он, расслабленно улыбаясь и наслаждаясь моим смущением. – Ешь. – Указал он мне на тарелку. – Ты сегодня за завтраком практически ни к чему не притронулась.

Пока я с аппетитом уплетала сочное мясо, Алекс рассказывал о своей поездке в Японию. Какие места посетил и каких интересных людей встретил. Например, на одном из вечеров он познакомился с молодым японцем-хакером. И он настолько впечатлил его своим опытом и навыками, что Алекс тут же предложил ему место в компании. Акио, так звали японца, обещал подумать, но Алекс был уверен, что он согласится.

Примерно через час от камина и вина стало совсем жарко, и я поднялась наверх, чтобы принять душ и переодеться. Зайдя в ванную комнату, я выставила на термостате нужную мне температуру и, подождав пока душевая заполнится паром, встала под горячие струи воды. Упёршись руками в прохладную стену, я опустила голову вниз, подставляясь под разбивающиеся мне о затылок капли. Вода была горячая, а меня трясло. Мои мысли беспощадно блуждали о греховном окончании этого вечера. Поцелует он меня или попробует зайти дальше, от всех рассматриваемых вариантов у меня бешено учащался пульс. Мы не кровные родственники, а значит, это не инцест. Никто не имел права судить нас, но я знала, что будут. Как бы я не пыталась строить из себя сильную, все мы в той или иной мере зависимы от мнения общественности. По Алексу это ударит больше всех. Его имя будут жёстко полоскать во всех хрониках жёлтой прессы. Деньгами можно закрыть большое количество ртов, но всегда найдутся исключения. Акции компании упадут, инвесторы будут недовольны, а Ричард придёт в бешенство. И каким бы пакетом он не обладал, ему придётся приложить огромное количество усилий, чтобы замять подобный скандал, и это ещё в том случае, если журналисты не прознают о моём паршивом прошлом.

Господи, я сумасшедшая. Я только два часа назад утверждала, что никакого будущего с ним не вижу. А сейчас нарисовала в своей голове самый жуткий сценарий из всех возможных.

«Но ты хочешь этого будущего. Ты не хочешь пару-тройку раз. Ты хочешь его навсегда!».

«Неправда!» – Я стукнула рукой по мокрой плитке, поднимая вверх тысячу брызг.

«Ты хочешь!».

«Это невозможно».

«Так это невозможно, или ты не хочешь?».

«Не хочу… нет… не знаю…».

«Ты его любишь!».

— ЧТО?! – Я подняла голову вверх, не обращая внимания на попадающую в глаза воду, раздражающую белки до болезненного жжения.