Книга Десять писем, страница 107 – Лия Аструм

Спустя секунд двадцать Алекс соизволил показаться мне на глаза. Размеренной походкой он зашёл в комнату и бегло обвёл помещение оценивающим взглядом. Тарелки с недоеденными кусками пирога, раскиданные по милости Эвана карты, которыми он пытался показать нам фокус, но потерпел фиаско, и теперь они валялись по всей гостиной, несколько пустых бутылок из-под шампанского, и я – королева вечера, восседающая на троне и буквально испепеляющая его взглядом, словно провинившегося раба. Спокойно подняв с пола мой плащ, он аккуратно повесил его на спинку дивана и, сев в кресло напротив меня, расслабленно закинул ногу на ногу. Окинув меня пристальным взглядом с головы до ног, Алекс слегка поджал губы, а затем с насмешкой спросил:

— Вечеринка была в каком-то определённом стиле? Ты похожа на девицу из борделя.

Я моментально вспыхнула.

— Часто ходишь по борделям?

— Не любитель. Но представление имею.

— А что так? – с напускной участливостью поинтересовалась я. – Шлюхам доступ закрыт в постель великого Александра Миллера?

— Называй меня так почаще. Мне нравится.

— Ещё чего, – фыркнула я и, задрав подбородок так высоко, что заболели мышцы шеи, уставилась в окно, будто фонари, развешанные по периметру дома – самое интересное, что я видела в жизни.

Я чувствовала его взгляд на себе. Спокойный, уверенный, ощупывающий меня невидимой рукой. Он словно видел меня насквозь, и все мои наигранные бравады неизбежно терпели крах в ту же секунды, как пронизывающий тяжёлый взгляд концентрировался исключительно на мне. По позвоночнику поползло странное чувство, и если в самое ближайшее время он не прекратит на меня так смотреть, то очень быстро в гостиной закончится весь воздух, и я умру от кислородного голодания.

— Как прошёл праздник?

— Просто прекрасно! –  сразу повернувшись, резко ответила я.

Меня бесила вся эта ситуация. Бесил он. Бесило, что даже приехав, он не соизволил меня поздравить, хотя бы ради приличия. Тяжесть от осознания того, что ему на меня всё-таки плевать, давила на мои плечи непосильным грузом так сильно, что под влиянием игристых пузырьков скрыть своих истинных эмоций не представлялось возможным. Наверное, всё это отпечаталось на моем лице, потому что он, открыто ухмыльнувшись, сделал самый правильный вывод.

— Злишься.

Не вопрос. Утверждение. Ему доставляло удовольствие издеваться надо мной, и внутренняя стерва завелась, требуя жёсткого наказания и никакой амнистии.

— С чего бы мне злиться, Алекс, – протянула я, манерно откидывая мешающую прядь с лица и начиная второй акт театрального представления. – Мой день рождения прошёл чудесно, в кругу близких людей. Меня завалили подарками. Некоторые особенно мне понравились. Например, Джеймс. – Я кинула в его сторону многозначительный взгляд. –  Подарил мне кулон от Cartier в форме сердца, очень красивый. Обязательно тебе его покажу.

Я блефовала. Я вообще не знала кто и что мне подарил, потому что планировала распаковывать подарки только завтра. Придумав про кулон, я хотела позлить его. Ведь даже просто от имени бывшего друга он сразу впадал в бешенство. И я не ошиблась. Улыбка сразу слетела с красивого лица, а глаза полыхнули злостью.

— Вот как, – голос прозвучал задумчиво, и взгляд невольно опустился на мою шею.

— Нет, этот мне подарил мой Друг, – изображала я безграничную радость, ласково поглаживая холодный металл подвески. – Теперь, когда Джеймс расстался с Хлоей, – на что Алекс удивлённо поднял бровь, вызывая бурю ликования в моей душе, – мы могли бы попробовать заново. Он давно завязал с наркотой, тебе не о чем беспокоиться. Я знаю его с самого детства. Он красивый, добрый и будет прекрасным отцом.