Книга Тени над Невой, страница 41 – Янина Корбут

— Матушке только не говорите! Мои приступы – особенность молодого организма, так доктор Пинцевич говорит. И не от меня…

— Да будет тебе! К делу, к делу…

Смородинов быстро поведал Лавру детали происшествия. Оказывается, доктор Жемочкин сутки находился на дежурстве. При больнице у него был свой кабинет, в кабинете – диван, уже виденный Лавром. Доктор частенько оставался ночевать прямо в больнице, когда того требовали обстоятельства. Утром Жемочкин ещё и задержался: привезли нового буйного пациента, требовалось дать указания докторам.

В доме было несколько входов, один из них вёл напрямую в половину, занимаемую супругой. Минуя центральные двери, Жемочкин прошёл через сад к боковым и заметил на гладкой поверхности дверного полотна следы ботинка. Кто-то словно бил по нему ногой, из-за чего дверь теперь была приоткрыта. Всё ещё ничего не понимая, доктор прошёл в дом и обнаружил в комнате жены беспорядок: скомканная постель, перевёрнутый светильник.

— Следы борьбы?

— Именно! Они же наблюдались и в зале, и в коридорчике, ведущем в основную половину дома. В одном месте оборвана штора, а на обоях снова след обуви. Но даже не это главное. Невы нигде не было! Обувь, ридикюль и ещё некоторые мелочи указывают на то, что она не выходила. И при этом пропала!

Обеспокоенный супруг обратился к кухарке, но та сначала ходила на рынок, потом была в кухне. Словом, ничего не слышала. Садовник трудился над живой изгородью, а горничная вообще с утра отпросилась к больной матери.

— А как же её охранник? Муж сообщил вам, что Нева Леонтьевна опасалась нападения?

Смородинов неопределённо кивнул.

— Да, что-то такое говорил. Мол, дела деликатные, что-то с сыном, вот Нева к тебе и обращалась. Охранник обычно выезжал с ней по делам, а остальное время отирался где-то неподалёку. Говорит, прогуливался возле ворот, никого не видел. Дома-то Нева чувствовала себя в безопасности.

Лавр, устав топтаться в прихожей, вышел в сад, чтобы самому осмотреть место происшествия. Всё оказалось ровно так, как описал Смородинов: следы на двери и беспорядок в комнатах явно намекали на нехорошее происшествие в доме. У порога валялись щепки, а в зале – осколки стекла.

— Судя по осколкам, разбито два стакана. Она с кем-то пила лимонад, – принюхавшись, заявил Лавр. – К ней явно заходил кто-то знакомый. Вряд ли она стала бы распивать лимонад с незнакомцем, вторгшимся в дом.

— Скажу Заболоцкому, – пробормотал Смородинов, что-то помечая в блокноте.

— Может, мы имеем дело с обычным адюльтером? Муж на работе, к жене пришёл молодой любовник. Вы осмотрели шкафы?

Смородинов погрозил Лавру пальцем:

— Лавруша, не шути! Доктор Жемочкин – лицо уважаемое, Нева Леонтьевна – известная благотворительница, тут важно разобраться…

В этот момент в комнату спешным шагом вошёл Жемочкин, растерянно пожал протянутую руку Лавра.

— Сколько времени прошло с исчезновения вашей супруги?

— Я почти сразу вызвал полицию!

— Кстати, почему сами её не поискали для начала?

— Очевидно же, что с Невой что-то случилось… Думаю, её похитили. Тут за беседкой дорожка, сразу за домом – лес. Преступник мог скрыться незаметно. Может, угрожал ей ножом, вот она и пошла за ним.

Лавр ещё раз задал стандартные вопросы, на которые Жемочкин уже наверняка отвечал Заболоцкому. Высокий, с резко очерченными скулами (кажется, о них можно было порезаться), он стоял тут же, с постным лицом разглядывая то свои ногти, то Лавра. Профессиональному сыщику явно не нравилось, что какой-то «молокосос» пытается умничать. А ведь это был не первый раз, когда Смородинов просил Лавра «присмотреться», и всякий раз Лавру удавалось заметить то, что другие пропускали.