Книга Даун Крик. Близнецы, страница 53 – Эжен Марсэль

— Алло. – В горле мгновенно пересохло, и извинения, которые я так хотела все эти недели произнести, повисли в воздухе.

— Привет, любимая. – Голос Дона звучал так мягко и нежно, будто мы не расставались на дурной ноте. – Прости меня, я сожалею.

— Я… я тоже прошу прощения. Извини меня, умоляю, Дон. – Сама того не желая, я начала в голос рыдать и больше не смогла произнести ни слова.

— Не плачь, милая, всё хорошо. Извини, что не отвечал на звонки и сообщения, мне нужно было побыть одному.

— Я думала, что потеряла тебя навсегда, – прорыдала я в трубку.

— Прости… Я много размышлял и понял, что вёл себя, как последняя сволочь. Ты и твои родители не заслужили такого хамского обращения. Хочешь, я принесу им личные извинения? – И продолжил, не дожидаясь моего ответа:

— Я знаю, как мне загладить свою вину. Ты же не забыла, любимая, что у нас скоро годовщина?

— Конечно, помню…

— Поэтому я подумал, что романтический ужин в честь нашего маленького праздника и дня святого Валентина – отличное решение для примирения. Как тебе идея, любимая? Ты придёшь ко мне домой, чтобы я мог извиниться перед тобой за своё поведение и вернуть нашу любовь?

— Конечно, я с радостью приду, любимый!

— Отлично. Жду тебя в воскресенье в шесть часов вечера. Не опаздывай, у меня для тебя сюрприз. – И прервал разговор.

Несколько мгновений я сидела в шоке, сжимая в руках замолкшую трубку, а потом начала радостно вопить. Вечером я поделилась радостью с подругами, и Эмма высказала мысль, которая не пришла мне в голову:

— Ставлю двадцатку, что он собирается сделать тебе предложение!

— Ты думаешь? – выразила я сомнение. – Мне кажется, Дон просто хочет помириться.

— Помириться он мог и по телефону. Зачем устраивать ужин для простого примирения? Вы и раньше ссорились, но не припомню, чтобы Дон приглашал тебя к себе.

— Мы по мелочи ругались и практически сразу мирились, – протянула я. – Но, согласна, раньше он никогда меня к себе не приглашал.

— То-то и оно! – Торжествующе воскликнула Эмма. – А сюрприз – это, как пить дать, помолвочное кольцо. Скажи, что я права, Аннабель!

Подруга, хранившая до этого молчание, ответила не сразу.

— М-м-м, хотелось бы верить в такое развитие событий. Но, Эмма, тебе не кажется, что всё как-то чересчур быстро?

— Почему? Они встречались целый год, и когда он повёл себя, как последний засранец, понял, что может потерять А́ву навсегда. Это его подтолкнуло к решительным действиям! Всё сходится!

— На первый взгляд, всё, действительно, сходится, но что-то меня тревожит, никак не пойму, что конкретно.

— Это тебя ненависть к мужикам беспокоит, – усмехнулась Эмма. – Я вот, хоть и предпочитаю девушек, но и к противоположному полу периодически присматриваюсь. – И, беспечно отмахнувшись от подозрений Аннабель, задала «главный» вопрос:

— Что наденешь?

Четырнадцатого февраля ровно в шесть часов вечера я стояла возле подъезда Дональда и страшно нервничала. Ноготь на большом пальце снова был «съеден» до мяса. Раздражающе чистое стекло двери отразило моё бледное лицо. Нервным движением я пригладила волосы. Несмотря на то что мне сильно хотелось стать невестой, а впоследствии женой Дона, в данную секунду я боролась с желанием бежать от его дома со всех ног. «Чего ты боишься, трусишка? – Пыталась я подбодрить себя и проклинала Аннабель за посеянные в моей голове сомнения. – Это же не замок Синей Бороды, а всего лишь квартира. В любой момент ты сможешь встать и уйти. Если сейчас сбежишь, то рискуешь навсегда потерять Дона, и никогда не узнаешь, собирался ли он сделать тебе предложение». Такие мысли придали мне смелости, и я решительно нажала на звонок.