Книга Новый муж бывшей любовницы. Игра на троих, страница 63 – Кезалия Вердаль

— Ты только моя, — стонет он, и я чувствую, как его возбуждение передается мне.

Он прижимается ко мне всем телом, и я чувствую его твердость через тонкую ткань брюк. Все ощущения обострились и превратились в калейдоскоп импульсов: вкусы — сладкий, соленый, терпкий; запахи — зелёное яблоко, ревень, вереск, кардамон, замороженная мята; звуки — сбивчивое дыхание, хрип, приглушенный поцелуем, и непрекращающийся звон в ушах.

Его руки, обжигающе-горячие, сжимают мой рот, чтобы не выпустить стоны, рвущиеся наружу. Кажется, я сейчас задохнусь от слез и собственных криков, перемешанных в коктейль из боли и наслаждения.

Наконец Андрей резко останавливается, как в замедленной съемке отстраняется и устало падает в кресло. Я стягиваю юбку вниз и завязываю волосы в высокий хвост.

Снаружи не замолкает колокольчик.

Они там что? Еще 300 мембершипов продали что ли?

Сажусь на подлокотник и обнимаю голову теперь уже делового партнера:

— Я все равно буду видеться с Георгием Робертовичем.

Как от него притягательно пахнет! Именно притягательно, не приятно. В его запахе нет ничего искусственного, вычурного. Он не имеет ничего общего с освежающей прохладой утреннего бриза или ароматом цитрусовых духов. Это запах, идущий из глубины его существа, мускусный запах пота сильного разогретого тела, запах брутальности и первозданной мощи, солоноватый аромат спермы, перемешанной с амбровым одеколоном… Аромат настоящего маскулинного мужчины, что до горечи оседает на вкусовых рецепторах.

Этот запах будоражит кровь, пробуждает первобытные инстинкты, заставляет мое сердце каждый раз биться быстрее.

Он истощенно выдыхает.

Как же рыжий бес устал от моих выкрутасов!

— Ты на самом деле ему что-то должна? Сколько? — по голосу понимаю, что он очень, ну очень сдерживается.

— Дело не в деньгах.

— Что еще? Не для меня твоя орхидея цвела? — в сердцах выдает Квилинский. — Ты его любишь? Мне надо его убить?

Смеюсь.

Он нет. Андрей до мурашек серьезен.

Неужели я все еще могу с этим шутить?

— Нет-нет, Амриндер, усмири свою кровожадность. Ладно, я должна тебе кое в чем признаться. Точнее, во многом признаться. — Мой взгляд останавливается на его брюках. — Застегни, пожалуйста, ширинку, это меня отвлекает. Я начну издалека. Помнишь, на собеседовании ты спрашивал, почему я уже почти десять лет занимаюсь фрилансингом, при этом живу как последняя нищенка? — Новый совладелец Fidèle кивает и сжимает мою ладонь. — На самом деле с финансами у меня все было в порядке. Я работала, путешествовала, жила да не тужила, пока Леня не заявил, что хватит работать на дядю, давай делать бизнес.

На тот момент я уже поднаторела в международной торговле и решила, действительно, зачем обогащать других, если можно порадовать себя. Мы открыли компанию на мое имя, начали заниматься экспортом всяких товаров из Вьетнама в Россию.

Леня занимался продажами, искал клиентов, а я вела операционку и бухгалтерию. Затем Леонид связался с одними ребятами, которые обещали огромный контракт, если мы разработаем им хитрую схему по сборному контейнеру. Сделка большая, и если выгорит — станем долларовыми миллионерами. Но чтобы ее провернуть, были нужны дополнительные вложения, поэтому мы заложили мою квартиру.

— Твою квартиру? — с подозрением уточняет Квилинский.