Книга Друзья, страница 52 – Стефан Факеер

— Саня, - обратился я к Дублю, когда он после покупки масла, сыра, колбасы, и буженины, купил большой кусок сырого мяса, - мясо-то зачем взяли? Ты что готовить собираешься?

— Да, Александр будет готовить, он всегда в первый день приезда много готовит, как на праздник… для всех.

— А где?

— У хозяев возьмем посуду и на их кухне приготовим. Нам с тобой надо бы бокалы пересчитать, чтобы на всех хватило.

— У меня в комнате нет посуды.

— Значит пойдем и найдем.

Около восьми часов вечера уже стемнело и мы всей нашей шумной компанией собрались в саду под яблонями, разместившись за большим столом под светом одной лампы, которая свисала на проводе с дерева. Вино черпалось металлическим ковшом из молочного бидона и разливалось по стаканам.

Стол был накрыт по богатому: ветчина, буженина, колбасы, сыр, фрукты, конфеты и… тушеное мясо с овощами, - оно смотрелось несколько неожиданно. Дубль суетился с посудой, ему помогала Нина. Александр во главе стола, - он стоял с наполненным стаканом вина и говорил:

— Дорогие мои! Вижу собрались все, Вячеслава с Татьяной в “Интуристе”... работают наши труженицы, надрывают свои менажницы. Новенький у нас только Никита, Сережа приехать не смог, но он может быть приедет позже. Ну, все уже купались? Как водичка? Завтра, кто желает, - идем на наш пляж с утра, а сегодня в Юбилейном Леонтьев выступает. Билетов нет… но думаю, что-нибудь придумаем. Будьте умницы-благоразумницы, не балуйтесь. С приездом и счастливой охоты!

— Спасибо, Сашенька, - говорили девицы, - мы будем умницами, мы будем хорошими. А когда в Симеиз, на наш нудистский пляж поедем?

— Дня через два-три, надо бы всех своих увидеть, повидаться с московскими, с минскими. Обжиться надо…

— Сашенька, пожалуйста, узнайте насчет бани. Неужели снова только по средам женские дни.

— Я договорюсь, чтобы хотя бы два дня в неделю банька для нас была, и мы, конечно, с вами, - отозвался Дубль.

— Конечно, а кто же еще нам спинку потрет.

— И спинку потрем и кое-что еще…

— Девоньки, вы знаете... но я еще раз напоминаю: чебуреков, беляшей, шашлыков с улицы не есть. Можно только мороженое, яблоки и кофе. Дубль будет каждый день с утра ходить на рынок, заказывайте ему продукты или ходите сами.

— Со мной дешевле… - откликнулся Дубль.

— Посиделки здесь каждый день, мужиков своих в наш садик не водить - вы знаете правила; фляга с вином у меня в комнате, приносить с собой сладости не возбраняется. Концерт Леонтьева будет продолжаться еще полтора часа, кто желает, - прогуляемся по парку, послушаем Валерика.

—

“Куда уехал цирк он был еще вчера…”, - было хорошо слышно звезду эстрады конца 80-х годов у одной из скамеек парка, будто бы мы находились в самом концертном зале, но мы находились в парке среди субтропической растительности; кое-кто пританцовывал и многие девушки подпевали Валерию Леонтьеву.

Получалась занимательная картина: у белой большой парковой скамейки слышимость была такая же, как в зале, но здесь можно танцевать и петь - потрясающе. Фокус оказался в том, что крыша “Юбилейного” была раздвижной и в некоторых частях парка слышимость была прекрасная, и, к примеру, у соседней скамейки такой возможности уже не было.

Дубль ушел договариваться с охраной на предмет прохода нашего коллектива в зал. Я пританцовывал с девчатами, Александр спокойно сидел на скамье и улыбался, глядя на происходящее. Он не был похож на султана, поскольку девицы не были его наложницами или женами. Он точно не был им роднёй.