Книга Без вины виноватая, страница 14 – Ольга Митрофанова

— Спасибо, – искренне поблагодарил. Что плохого в том, что человек любит свою работу и делает ее хорошо?

— Абсолютно ничего, только если организм измотан, хорошо свою работу не сделаешь. Это я вам не только как доктор говорю, но и человек, испытавший это на себе. Я ведь могу и не работать, сами понимаете, мы не нуждаемся, муж мой хорошо зарабатывает, причем честным трудом, что бы вы там себе не представляли. Но я работу свою люблю и поэтому дома не сижу, мне нравится людей спасать, но вот зимой один заболел, другой попросил за него отдежурить, нахваталась смен и устала. А потом ещё человек на столе умер, а для хирурга это страшно. В народе шутка ходит, что у каждого хирурга есть свое маленькое кладбище, так вот, открыть счёт на этом кладбище – самый большой страх любого практикующего врача. Я знаю, что спасти пациента шансов было мало, умом все понимаю, но себя все равно виню, вдруг это от усталости, переработки. Пашка меня тогда взял и в отпуск увез, смена обстановки она очень помогает. Поэтому и говорю, что кроме работы в жизни должно быть что-то ещё, что поможет переключиться. Вы ведь тоже измотались, устали. Пришли вроде правое дело делать, убийство человека расследовать, а понимаете, что он смерти – то может и заслуживал.

— С чего такие выводы?

— Если вы не знаете, кем был Седой, то задумайтесь о смене профессии, даже мой сын вам расскажет, что человеком он был не самым хорошим, это как минимум. Вся его благотворительная деятельность являлась только прикрытием для темных делишек.

— Вы хорошо осведомлены о деятельности Седова, – заметил Роман.

— Я в отличие от вас с ним была знакома лично и приятным это знакомство назвать не могу.

— Расскажете?

— А вам это я вижу очень интересно, – усмехнулась Мария, – история проста: Седой меня похитил и держал в подвале, требуя от моего свёкра переписать на него свои активы.

— И?

— Любопытство не порок, – хохотнула Мария Игоревна.

Любимов смутился, умеет же она его поддеть.

— С Олегом Викторовичем Ящеровым вы тоже не знакомы, поэтому не знаете, что он своего не отдаст. Так что из подвала меня вытащили, а активы остались в семье. Вот такая семейная история. Если вы ищите мотив убийства Седого, то в нашей семье его только у Кристины с Максом нет, – развела руками.

— И вы так спокойно об этом заявляете? – слегка удивился Любимов.

— А чего мне бояться, беседа у нас с вами как сами заметили частная, не под протокол, а даже если бы и нет, то бояться мне нечего, доказательств у вас никаких, не то, что против меня, против моего мужа нет, вот и примчались с обыском. Я не удивлюсь, если ваш начальник не в курсе происходящего.

— С чего вы взяли?

— Седов – фигура непростая, да и муж мой личность известная, вы не обижайтесь, но вашему заштатному РОВД такое дело вряд ли доверили, значит, пока в городе решают, кто будет этим делом заниматься, вы, пользуясь тем, что мы, как и Седой проживаем на территории вашего района подсуетились, санкцию у прокурора получили. Начальство большое узнает, до свадьбы лейтенантом будете.

Любимов поморщился, из них двоих в полиции надо ей работать, а не ему. Это же надо так быстро все просчитать. Скорее всего поэтому и не волнуется, знает, что если он быстро не найдет доказательства, дело заберут наверх, а его по головке не погладят, а причешут так, что хорошо если пара волосин останется.