Книга Вне закона, страница 6 – Всеволод Крестовский

В столовой он столкнулся в дверях с камердинером Демьяном и конторщиком, который шел с какой-то бумагой.

Те почтительно посторонились.

— Куда вы? – спросил их Вельтищев, которого внутренно покоробило от этой неожиданной встречи.

— К барину… с бумагой.

— Барин спит… не тревожьте, – предварил он обоих, сумев придать своему тону полное и, так сказать, обыденное спокойствие. – А что, моя карета приехала? – обратился он тут же к Демьяну.

— Уж с полчаса как у подъезда.

— Домой прикажете-с?

— Нет, в Дмитровский переулок! – крикнул Вельтищев своему кучеру, в то время как швейцар самого его подсаживал под руку в карету.

Дверца захлопнулась – и бородатый щеголь тронул вожжами пару породистых красивых рысаков, которые бойко покатили щегольской экипаж по освещенным улицам Петербурга.

Карета остановилась у ворот одного, старой постройки, трехэтажного дома.

Вельтищев взял свой мешок и направился с ним к ступенькам, ведущим из-под ворот на парадную лестницу. Проходя под воротами, он, при слабом вечернем освещении, заметил, как мимо его, словно тень, проскользнула чья-то мужская и как будто знакомая ему фигура. Эта встреча неприятно его покоробила.

Он обернулся – фигура проскользнула за ворота, на улицу.

Постояв мгновенье в колеблющемся раздумье, Вельтищев усмехнулся про себя какою-то злобно-ироническою усмешкой и направился по лестнице.

Но, подымаясь по ступенькам со своею ношей, он слышал – или ему почудилось, – что за ним кто-то следует осторожными, крадущимися шагами.

Он остановился и прислушался.

Звук шагов тоже замолк.

Вельтищев пошел далее.

Но нет, по пятам его решительно кто-то следует, кто-то крадется за заворотом каменной стены этой лестницы.

— Кто там? – резко окликнул Вельтищев.

Шаги притихли, притаились; но ответа нет ему.

Он повторил еще раз свой вопрос, и так как молчание это показалось ему подозрительным, то, оставя на площадке свою ношу, он быстрыми шагами стал спускаться с лестницы.

Кто-то шибко и уже не скрываясь сбежал по ней под ворота.

Вельтищев мельком, но ясно заметил даже прошмыгнувшую тень этого странного соглядатая.

— Мерзавец! – прошипел он ему вслед с презрением и злобой.

Но время ему было дорого, и потому, поднявшись до своей оставленной ноши, он не взошел, а взбежал с нею на третий этаж и дернул за ручку звонка, которая блестела своею вычищенной медью сбоку двери, обитой зеленым сукном, где красовалась под стеклом изящная дощечка, на которой четкими буквами было оттиснуто: «Людмила Сергеевна Коробова».

Молодая и опрятная горничная, услышав этот сильный, порывистый звонок, с полуиспугом и недоумением открыла двери.

— Запирайте скорее дверь! – торопливо и озабоченно обронил он слово девушке, словно бы опасаясь, чтобы лестничный соглядатай силою не ворвался сюда по его следу.

Спустив с плеч шубу, Вельтищев, явно взволнованный, бросился со своею драгоценною ношей во внутренние комнаты.

Его встретила там молодая стройная женщина с белокурой, роскошно распущенной косою и с голубыми глазами, которые из-под длинных ресниц и из-под черных бровей светились каким-то холодным блеском.

— Платон, что с тобой?! На тебе просто лица нет! – с удивлением проговорила она звучным, но тоже каким-то металлически-холодным голосом.