Книга Костоправ. Книга 1, страница 68 – Максим Небокрад

Взгляд Лэвалта скользил по сражающимся, и вдруг он затаил дыхание — среди клубящейся людской массы он узнал фигуру и движения сына. Эйдан передвигался с поразительной грацией, которой сам Лэвалт не мог похвастаться в его годы. Два дюжих мечника обрушивали на Эйдана град ударов, но тот, казалось, предугадывал всё. В его движениях не было ни капли неуверенности или страха. Отточенные боевые приёмы сменяли друг друга в стремительной круговерти атак и защиты.

Лэвалт ощутил, как в груди разливается щемящее чувство отцовской любви и гордости. Его сын, его плоть и кровь, сражался там, внизу, с лихостью истинного воина. Лэвалт не мог оторвать взгляда от этого упоительного зрелища.

Эйдан был так поглощён танцем клинков, что не заметил, как к нему со спины подобрался ещё один боец. Лэвалт невольно привстал, словно смог бы предупредить об атаке. Меч третьего бойца обрушился на голову Эйдана, и тот рухнул наземь.

— Сын!..

От удара у меня зазвенело в ушах. Голова загудела, словно колокол, и на мгновение я потерял ориентацию в пространстве. Однако я быстро пришёл в себя, понимая, что промедление может стоить мне победы. Пока другие участники не затоптали меня в пылу сражения, я вскочил на ноги, крепко сжимая меч в руке.

Попытка заполучить красный обрезок не увенчалась успехом. Наша группа быстро разделилась в неразберихе боя, и те, кто должен был прикрывать мою спину, исчезли из виду. Я поправил шлем и завертел головой, пытаясь отыскать своих согильдийцев в столпотворении, но тщетно.

«Может, плюнуть на турнир? — мелькнула заманчивая мысль. — Помахали мечом, и хватит».

Я почему-то вспомнил о десяти золотых, потраченных на взнос. Всё-таки обидно будет вылететь так рано. Собравшись, я нашёл себе новую цель — группа из семи мечников, стоящих спина к спине. У многих из них в руках были обрезки. Недолго думая, я присоединился к атакующим.

Вместе с пятью другими бойцами я начал теснить защищающихся. Мы обрушили на них град ударов, стараясь пробить оборону. Я парировал выпады, уклонялся от встречных атак и следил, чтобы никто не зашёл мне за спину. Мой меч со свистом рассекал воздух, сталкиваясь с клинками противников. Адреналин бурлил в крови, а мышцы наполнялись силой. Я полностью погрузился в битву, отдавшись инстинктам и рефлексам.

Постепенно наш натиск начал приносить плоды. Противники теряли строй, и в их рядах появились бреши. Улучив момент, я вывел одного из них на поединок. Мы скрестили мечи в стремительной серии ударов и блоков. Понимая, что времени остаётся всё меньше, я резко сократил дистанцию и, поймав его на противоходе, повалил на землю. Мы покатились по утоптанной земле, борясь за обладание заветным обрезком верёвки.

Наконец, мне удалось вырвать артефакт из ослабевших пальцев соперника. Я вскочил на ноги и увидел свой меч. Но не успел я сделать и шага, как прозвучал громкий сигнал, возвещающий об окончании раунда.

Воин, с которым я боролся, встал, стянул с себя шлем и со злостью швырнул его оземь.

— В последний момент! — сокрушался он. — В последний момент, мать его!

— Это был хороший бой, господин, — выдавил я из себя, отдышавшись.

— Не надо меня утешать!

Подобрав оброненный меч, я отправился на поиски своей группы. Побродив по полю, я наконец заметил знакомые бело-жёлтые повязки на руках. Там же стоял Брунас, что-то втолковывающий остальным.