Книга Костоправ. Книга 2, страница 29 – Максим Небокрад

Он всегда был тем, кем хотел его видеть отец. Он редко позволял себе мечтать о чём-то своём, зная, что его судьба предрешена. Дэн старался быть идеальным сыном: собранным, решительным, беспрекословно послушным. Он безошибочно угадывал, каких поступков и слов от него ждут. Даже родная мать любила называть его «безупречным наследником».

Стремясь во всём походить на отца, он рано отдалился от остальных, и особенно болезненным было отчуждение от младшего брата. В памяти, заполненной бесконечной чередой уроков и изнурительных тренировок, лишь драгоценные мгновения, проведённые с Ганнером, сохранили свою яркость и душевное тепло.

Дэн до сих пор помнил, как они с Ганнером сбегали из дома, чтобы поиграть с деревенскими мальчишками или искупаться в реке. Как устраивали шуточные поединки на деревянных мечах, мечтая стать доблестными воинами. Как Ганнер приходил к нему ночью, напуганный страшным сном, и засыпал рядом, доверчиво прижавшись. В те мгновения Дэн чувствовал себя по-настоящему нужным и любимым.

Но годы шли, и их пути неумолимо расходились. Дэн всё больше времени проводил с отцом и наставниками, постигая премудрости управления Домом. Прежняя близость постепенно истаивала, уступая место вежливой отстранённости. И Дэн почти убедил себя, что так будет лучше для них обоих, ведь он не хотел, чтобы в семье появился ещё один «безупречный».

Вся его жизнь, если вдуматься, оставалась совершенно пустой и серой. В свои двадцать шесть он по-прежнему был холост, потому что отец, не желая довольствоваться малым, никак не мог найти ему подходящую пару.

Всё, что ему оставалось, — это быть прилежным сыном, пока власть над Домов не перейдёт в его руки. Только был один нерешённый вопрос: а что дальше?

— Хуже и представить невозможно, господа!

Громкие разговоры вывели Дэна из задумчивости. Он оглядел шатёр, полный людей, и остановил взгляд на Морне Броллиане — командующем одного из войск, что было разбито ювийцами. Морн объявился вместе со своими людьми около получаса назад и с тех пор не умолкал ни на миг, живописуя ужасы недавней бойни.

— Клянусь, мы будто попали в кошмар наяву! — продолжал Морн. — Сколько славных воинов полегло!

— Хитры ювийцы, хитры…

— Жаль, нас там не было, господин Морн! Мы бы им показали!

Дэн слушал разговоры вполуха. Его вдруг охватило острое чувство неправильности происходящего. Все эти люди — и он сам — словно жили в каком-то замкнутом мирке, где истинную ценность имели лишь власть, сила и деньги.

— Господин Морн, с вами вместе сражался господин Эйдан, верно? — встрял приставучий Оксар Имиф, который, кажется, утомил уже всех.

— Кто-кто?

— Эйдан Кастволк. Он прибыл со своим подразделением ещё вчера.

— А, господин Эйдан, ну конечно… — Морн разгладил свои длинные усы и закивал: — Да… Великолепный воин… Я недолго видел его в бою, но мне хватило и пары мгновений! Он носился по полю, словно ураган!

— Я сражался неподалёку, — подхватил кто-то из новоприбывших. — Лично лицезрел, как он располовинил голову рьянка.

— «Располовинил»? — недоверчиво переспросил Бьярвиг.

— Именно так! Никогда прежде не видел столь могучих ударов! Клянусь своим именем, господа!

— А ещё он быстр, как стрела, — поддержал другой благородный. — Мы были рядом с его отрядом, когда напали эти твари.