Книга Машины Старого мира, страница 3 – Гэбриэл М. Нокс

— Ты опять за старое, дед, — возмутился вошедший. — Она совсем ребёнок и не понимает того, о чём ты говоришь.

— Понимаю! — запротестовала девочка, оторвав голову от подушки.

— Помолчи, — оборвал её мужчина и снова обратился к старику. — Хватит забивать ей голову. Чего ты добиваешься?

— Они всё отняли у нас, — выдохнул старик, набирая новую порцию воздуха в грудь. Его внук знал, что за этим последует сцена. — Мы творили, создавали, хотели на Марс полететь, а что имеем теперь! Они обманули нас! Обманули всех! Восхищённые чудесами, мы проморгали захват власти и смену научной эпохи временем пустых сказок о великой и всеобъемлющей магии!

На крики прадеда из соседней комнаты пришла молодая женщина. Она выглядела встревоженно. Запахнув плотнее халат, она протиснулась в узкую щель приоткрытой двери, подходя ближе к старику.

— Пойдём, дедушка. Манис пора спать.

— Я хочу дослушать! — заявила девочка, хотя сама с трудом сдерживалась, чтобы не погрузиться в дрёму.

— Завтра, Манис, дослушаешь завтра, — мягко отозвалась мать, аккуратно взяв старика под руку. Тот не сопротивлялся, но его грудь всё ещё вздымалась от возмущения, а глаза излучали горькую тоску.

— Под видом благих намерений, девочка, они состряпали новый мир, удобный им одним. Они придумали складную историю, называющуюся Учением о Магии, а затем заставили вас поверить в неё, забыв о том, каким наш мир был раньше. Когда такие как я исчезнут, некому будет рассказать о старом мире.

— Да хватит уже, — грубо бросил мужчина, открывая дверь шире, чтобы выпустить жену с прадедом, а затем, чуть смягчившись, пожелал девочке приятных снов.

За дверью между стариком и молодыми разразился спор. Прадед обзывал внука последними словами, говорил, что он продался системе, приспособился, и когда умрёт его отец, он окончательно превратит некогда промышленную компанию в дешёвую пародию. Женщину он обвинял в терпимости к режиму и неправильном воспитании дочери. Молодые же, наоборот, требовали, чтобы старик перестал пичкать девочку информацией, которая усложнит ей в дальнейшем жизнь.

Манис до последнего прислушивалась к голосам родных, но вскоре её глаза закрылись, дыхание замедлилось, ручки расслабились так, что плюшевый заяц скатился с кровати, и она забылась глубоким, сладким сном.

На следующий день её прадеда не стало.

Манис, удерживая в левой руке воздушный винт, аккуратно поправила стальную опорную шайбу с болтами крепления. Это четвёртая попытка сделать всё правильно и получить оптимальную частоту вращения. Новый винт более «тяжёлый», и в этот раз проблем возникнуть не должно.

Закручивая болты, Манис думала о вынужденной поездке в один из внешних кругов города, где знакомый перекупщик сможет снова подогнать ей топливо, подходящее для двигателя, приобретённого у него же год назад. Она надеялась, что очередной партии хватит не только на проверку работы мотора и вращения винта, но и на короткий полёт, который она жаждет совершить в скором времени. Правда, нужно будет дождаться дня Магии. В этот праздник последователи запускают в небо тысячи магических огней, а в храмах произносятся хвалебные заклинания, весь город погружается в шум множества голосов, создавая идеальные условия для пробного полёта.

Манис пристроила винт и отошла назад. Убрав с лица засаленную вьющуюся прядь, она осмотрела творение, которому было отдано несколько лет её жизни. Серый летательный аппарат, созданный по старым прадедовским схемам, возвышался над ней на пару голов. Металлическая конструкция увенчивалась крыльями размахом в девять метров. Старый двигатель занял место на носу и скрылся от осуждающих глаз за алюминиевыми пластинами. Колёса: два покрупнее и одно поменьше — образовывали под корпусом треугольник. Над этим треугольником, держась на центральной балке, расположились пилотское кресло и крохотное пассажирское.