Книга Машины Старого мира, страница 117 – Гэбриэл М. Нокс

Вирта скользнул в служебную дверь, заметив длинную очередь за оградительными перилами, тянущуюся вглубь улицы перед парадными дверьми Башни. В основном молодые особы в жутких платьях. Ждут, надеются увидеть любимого кумира, хотят услышать его историю и поохать перед магическими трансляторами журналистов.

Прикрываясь ладонью, Вирта прошёл мимо помещений с уборщицами и административными служащими, свернул за кухней, где готовились блюда к очередному приёму, а затем, наконец, нашёл личную гримёрку. Там он и спрятался до начала интервью.

Через четверть часа в коридоре послышалась возня — наверняка Мускиль устроила сцену, испытывая обиду на равнодушного сыночка. Она ворвалась в гримёрку взмыленная, с перекосившейся причёской и хотела было уже начать читать мораль, но встретившись с суровым взглядом Вирты, лишь захватила ртом воздух и молча повалилась на замшевое кресло рядом с дверью.

Спустя несколько минут, она позволила себе поинтересоваться здоровьем сына и тактично отметить:

— Не забудь сообщить о роли Викъянко во всей этой истории. Им уже не помочь, а нам следует держаться политики магов.

Вирта не разговаривал с персоналом, молчал за кулисами перед тем, как его объявили, даже с матерью больше не обмолвился и словом. Разъедающая изнутри тоска буквально сковывала язык и челюсть. Вирта понимал, что для следящих за ним магов выглядит подозрительно, но надеялся выкрутиться из ситуации, подобно тому, как он сделал это в камере. То, как сильно он не хотел оставлять Манис наедине с главным контролёром, отпечаталось на нём ярче чёрных букв на белой бумаге. Трана заметил это, отчего Вирте пришлось театрально рухнуть в обморок, скрывая всю скопившуюся злость под маской бессознательности.

— Дамы и господа! Как многие из вас уже знают, известная модель разнанского подиума, звезда популярных шоу и один из самых желанных мужчин планеты несколько месяцев тому назад пропал, чем поверг своих преданных фанатов в ужас и шок! Его искали все, от бедных внешнекруговских сироток, до самих клерков Центральной башни. Более того, как оказалось, во всём этом была замешана ещё одна знатная семья, открывшая своё настоящее лицо благодаря честному расследованию.

Как долго мы страдали! Как долго ждали вестей о дорогом кумире! Но Великая Магия вняла нашим мольбам! И сегодня, Вирта Феса, красавец Разнана, прямо здесь, в этом зале! Встречайте!

Оголтелая публика вызывающе завизжала. Аплодисменты слились с признаниями в любви. Зал буквально ходил ходуном, и только небольшой участок, на котором находились работники прессы, выглядел островком спокойствия.

Вирта отодвинул шторку, отделяющую зал от закулисья, ответил на приглашающий кивок ряженого ведущего, и медленно вышел. Нескончаемые овации проводили его до самого стола, за который тут же поспешила сесть Мускиль и бледный агент семьи Феса.

Спрятав руки под белой скатертью, Вирта приготовился мобилизовать все актёрские таланты, чтобы убедительно солгать самым проницательным жителям Разнана — политикам и журналистам.

Среди серьёзных лиц мужчин и женщин с блокнотами, Вирта выискивал то самое, что пришло на встречу от компании «В разгар дня». И нашёл. Невысокий лысый мужчина в самом обычном жакете и простецких брюках, наблюдал за ним из-за толстых линз круглых очков. Он выглядел расстроенно, нет, даже агрессивно. И именно это искал Вирта — подтверждение преданности «В разгар дня» совсем другим идеям. Шоу, созданное вокруг его персоны, совсем не радовало корреспондента, а только раздражало. Он хотел услышать то, за что может зацепиться, но Вирта не даст ему такой возможности… пока не даст.