Книга Из рода Хранителей магии, страница 71 – Гэбриэл М. Нокс

Диэлон снова обратился к магии, в этот раз настойчиво, но нервозность не позволяла создать качественное заклинание, мысли путались, мешались. Открывая глаза, он видел приближающегося к нему Дериуса, а когда закрывал их, то слышал крик Теркуса, один за другим теряющего здоровые пальцы.

Странное чувство пришло к нему внезапно. Едва заметный терпкий аромат тянулся от ближайшей камеры. Он дарил лёгкость, даже какую-то беззаботность. Диэлон мысленно потянулся за шлейфом, попытался схватить его. Исчезли угрозы Бэла и рыдания очнувшейся Эрэл, пропали шорохи, скрипы, окрики. Уши наполнило шипение, как во время прибоя. Всё, кроме аромата, вдруг стало неважно. Шлейф разделился на шесть нитей, каждая вела к сосудам. Четыре из них – взволнованные, дребезжащие, со страхом; один – пульсирующий, с переливающейся через край энергией. Но был и ещё один, пустой, жаждущий заполучить хоть крупицу жизненных сил. И Диэлон хотел исправить этот дисбаланс, дать пустому насытиться. Выбор был очевиден.

Когда парень открыл глаза, то увидел, как Дериус Рат хватается за голову руками, чуть ли не припадая на колено. Вернулись прочие звуки. Теркус плакал, Бэл пытался раскачаться на цепи, но мешали оковы на ногах. Легион просто лежала на спине, глядя в потолок, казалось, её лицо вообще лишилось каких-либо эмоций.

Дериус же пришёл в себя. Пошатываясь, он подошёл к Диэлону.

— Дурацкая головная боль не заставит меня отказаться от затеи.

Он занёс клинок, готовый ударить Диэлона в грудь. Парень напрягся, хотел зажмуриться, но передумал. И вот, когда лезвие начало своё движение, а Диэлон подумал, как бестолково закончилась его жизнь, справа мелькнула фигура.

Сначала он увидел пустые, ничего не выражающие глаза, помутневшие, как у дохлой рыбы. Потом раскрылся перекошенный рот, в котором уцелели лишь передние резцы. Одежда выдавала обычного крестьянина: грязная роба с тёмными, въевшимися в ткань кругами пота, прохудившиеся онучи. Человек навалился на Дериуса всем телом и, к изумлению Диэлона, вгрызся ему в глотку теми самыми, поеденными кариесом резцами.

Бэл и Эрэл замолчали, открыв от удивления рты. Теркус в другое бы время наверняка описал ситуацию смешной репликой, но не сейчас. Находясь в полуобморочном состоянии, он едва мог пошевелиться.

Получив отсрочку, Диэлон сконцентрировался на очередном заклинании, нарисовав носом нужный знак и втайне надеясь, что такой способ тоже имеет право на жизнь. Крюк поддался не сразу. Только с пятой попытки парень почувствовал, как на голову сыпется каменная крошка. Теперь дело за малым. Под пугающее чавканье и всхлипы Дериуса он начал совершать короткие, но динамичные рывки всем телом. Когда крюк выскочил, Диэлон не успел среагировать и рухнул на спину, больно ударившись затылком. Цепь едва не размозжила ему голову, упав в паре сантиметров от левого уха.

Дериус не двигался, но ночной гость не собирался его оставлять, теперь ухватив за руку. Диэлон медленно подполз к телу дяди, протянул скованные вместе кисти к его шее и попытался сдёрнуть амулет. Ничего не вышло, тот сидел крепко. Пришлось искать застёжку. Всё это время он поглядывал на жуткого мужчину, переживая, чтобы тот не переключился на него.

Завладев амулетом, он отодвинулся подальше.

— Легион, – позвал он. – Легион. Легион!