Книга Отложенная беременность, или Любовь после смерти, страница 66 – Татьяна Михаль

Он приблизил ко мне своё лицо и поцеловал уголок моих губ.

— Ещё не всё потеряно для нас. Я уверен, ты поймёшь меня. Ведь ради своей любви, ты не сдалась, когда все были уверены, что всё кончено и Устинов мёртв. Ты верила, Ника. Вот и я не сдаюсь и верю. Согласись, мы с тобой похожи.

Я начала всхлипывать, меня затрясло так сильно, что едва держалась на ногах. Я перестала чувствовать свои руки и ноги. В голове запульсировала кровь, виски заломило от сильной боли. Сердце, казалось, вот-вот выломает мне рёбра и вырвется наружу.

Он сделал шаг от меня в сторону двери. Обернулся и я увидела заткнутый за пояс пистолет.

Верите ли вы в ситуации, когда человек готов пойти на всё, ради защиты и спасения себя и своей семьи?

Я никогда не думала, что в моих мыслях когда-нибудь появится идея убить.

Но услышав слова этого больного человека, и увидев оружие, которое может стать как моим спасением, так и погибелью, я не стала мешкать и взвешивать все за и против. Если есть шанс, в критической ситуации его необходимо использовать.

Стиснула зубы и бросилась вперёд, чтобы выхватить пистолет.

И я это сделала!

Навела на него дуло и прошипела, не обращая внимания на текущие из глаз горячие слёзы.

— Стой на месте. Подними руки, сволочь и отойди к стене.

Дмитрий почем-то не испугался наставленного на него оружия. Он не поднял руки, не отошёл к стене, как я ему сказала сделать.

Он покачал головой и сделал шаг ко мне. Я назад. Руки дрожали с непривычки. Пистолет оказался на удивление тяжёлым, холодным и металл скользил в моих вспотевших от страха и дикого волнения руках.

— Ника, Ника… – протянул он, делая ещё один шаг ко мне. – Стреляй.

— Замолчи! – воскликнула я. – Не испытывай моего терпения, потому что я выстрелю!

— Советую тогда тебе не ждать. Жми на курок, – проговорил он, усмехаясь и снова делая шаг вперёд.

Я упёрлась спиной к стене, но руки не опустила, держа на мушке Дмитрия.

— Стой, предупреждаю последний раз. Я нажму на курок… – мой голос дрожал и звучал глухо и как-то отстранённо.

— Стреляй, – сказал он жёстко и резко.

Он подошёл ко мне вплотную, и дуло коснулось его груди.

— Стреляй, Ника, – повторил он. – А если не собираешься этого делать, то не стоило и начинать. Если не уверена, что можешь убить, даже не думай об убийстве.

Он смотрел мне в глаза, обдавая холодом и скалясь, подобно хищнику.

Гиена.

Вот, на кого был похож Дмитрий в данный момент.

Я смотрела в его глаза и прошипела, добавив яду в голос:

— Знай, я лучше бы умерла, чем стала бы твоей женой. Я не твой грязный секрет, Дима. За твоё убийство мне ничего не будет. Так что у меня нет ни капли долбанного сожаления. Прощай…

Бесстрашно, без сожаления, я нажала на курок.

Щелчок.

Глухой, и одновременно, такой громкий.

Нажала ещё раз и ещё…

Пусто.

И его гадливая улыбочка на лице.

— Думаешь, я дурак, да, Ника? Думаешь, я вошёл в комнату с заряженным оружием? Не-е-ет. Я предусмотрительно вынул обойму. Это была своего рода проверка. Хотел испытать тебя.

В глазах ненадолго потемнело, сердце ухнуло вниз, но я взяла себя в руки и со всей силы бросила пистолет в лицо Дмитрию. Удар пришёлся прямо ему в переносицу, и мужчина зашипел от боли. Толкнула его и бросилась вперёд, к распахнутой настежь двери, но Дмитрий перехватил меня и схватил за волосы, резко развернул лицом к себе и потянул вверх так, что ноги мои почти оторвались от пола, а голова взорвалась дикой и пульсирующей болью.