Книга Песочный замок для графини на мели, страница 88 – Люсия Веденская

Нет.

Лично встречаться с этими людьми я не собиралась.

Во-первых, это унизительно.

Во-вторых, опасно.

А в-третьих, у меня теперь имелся вполне официальный знакомый представитель закона, которого я намеревалась использовать по максимуму.

Мысль неожиданно показалась настолько разумной, что настроение сразу улучшилось.

Через час я уже сидела в экипаже по дороге в город, крепко прижимая к себе сумку с деньгами и документами. За окнами тянулось побережье — серо-голубое, ветреное, с влажными холмами, каменными домами и редкими полосами солнца, пробивавшимися сквозь облака.

Когда-то дорога к городской станции вызывала у меня почти физическое напряжение. Слишком хорошо я помнила собственный первый визит: камеру, допросы, страх и ощущение, будто весь этот мир хочет меня раздавить.

Теперь все ощущалось иначе.

Я ехала туда не как растерянная должница.

А как человек, который выполнил обещанное.

Станция встретила меня привычным шумом: скрипом половиц, голосами констеблей, запахом мокрой шерсти, чернил и крепкого чая. Несколько мужчин в форме заметили меня почти сразу, и по выражениям их лиц стало понятно, что появление графини Сэндклифф в этих стенах до сих пор остается событием.

Правда, теперь уже совсем другого рода.

— Леди Сэндклифф, — осторожно произнес один из молодых констеблей, поднимаясь из-за стола. — Вы… желаете видеть инспектора?

— Более того, — ответила я, поправляя перчатки, — сегодня я приехала существенно улучшить его настроение.

Судя по лицу бедняги, это заявление только сильнее его запутало.

Меня же это неожиданно развеселило.

— Передайте инспектору Блейквеллу, — добавила я уже спокойнее, — что я прибыла с деньгами, документами и очень ответственным предложением сделать его моим личным казначеем.

Констебль моргнул так растерянно, будто всерьез пытался понять, полагается ли по инструкции отвечать что-нибудь на подобные заявления.

Потом все-таки кивнул и почти поспешно исчез за дверью кабинета инспектора.

Я осталась стоять посреди станции, оглядывая знакомое помещение уже совсем другими глазами.

Странно, как быстро меняется восприятие места вместе с обстоятельствами. Когда-то эти стены казались мне мрачными и враждебными, а люди в форме — почти палачами. Теперь же станция выглядела скорее уставшей: старые столы, потертые папки, запах бумаги, чернил и бесконечной человеческой рутины.

Здесь не вершили великие судьбы.

Здесь просто пытались удержать мир от окончательного развала.

Дверь кабинета открылась через несколько секунд.

Инспектор Блейквелл вышел в коридор, и по выражению его лица стало ясно, что последние слова констебль передал максимально дословно.

Мне даже стало немного жаль беднягу.

Почти.

— Леди Сэндклифф, — произнес инспектор с тем особенным спокойствием, за которым уже угадывалась обреченность человека, привыкшего к моим выходкам. — Боюсь спрашивать, что именно вы подразумеваете под должностью “личного казначея”.

— Всего лишь делегирование неприятной части моей жизни, — невинно ответила я. — Решила, что вам не хватает приключений.

Он коротко прикрыл глаза, будто собирался с терпением.

И, Господи, почему это выглядело настолько обаятельно?

— Проходите, — вздохнул он наконец.

Я последовала за ним в кабинет, прижимая сумку к боку. Здесь все осталось почти таким же, как в мой первый визит: массивный стол, шкафы с бумагами, темное дерево, запах табака и чернил. Только теперь это место не вызывало желания срочно искать окно для побега.