Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 75 – Ксения Соболева

Я осторожно провела пальцами вдоль стены рядом с цепью. Камень был холодным, но в одном месте, чуть ниже крепления, под пальцами обнаружилась узкая щель. Не тайный проход, нет. Просто старая техническая скоба, позволяющая снять цепь для уборки или ремонта. Никакой великой магии. Никакой героической взломщицы. Низовая логика зданий: у всякого запрета есть хозяйственная сторона. Я надавила, скоба не поддалась. Надавила сильнее, рёбра болезненно отозвались, но металл наконец тихо щёлкнул. Цепь ослабла. Я подняла её ровно настолько, чтобы проскользнуть под ней, и сразу закрепила обратно.

Лестница встретила запахом сырости и старого дыма. Я поднималась медленно, одной рукой касаясь стены. Камень здесь был грубее, чем в жилых крыльях, без полировки, с выщербинами и потёками. На каждом витке узкие бойницы открывали куски ночного неба, и через них тянуло ледяным воздухом. Чем выше я поднималась, тем сильнее становилось странное давление под грудиной. Не боль. Отзвук. Тёмно-алое эхо после испытания крови, после печати в кабинете Каэля. Где-то впереди было место, которое кровь Лианы помнила даже тогда, когда разум не мог.

На седьмом витке лестница закончилась маленькой площадкой. Передо мной была дверь. Тяжёлая, окованная металлом, с потемневшим знаком чаши и крыла. Замок на ней был сломан.

Не открыт аккуратно. Не снят служебным ключом. Сломан. Металл у края был выгнут наружу, а вокруг петли виднелись следы копоти. Я замерла, прислушиваясь. За дверью было тихо. Слишком тихо. Но этот сломанный замок спутал все планы. Если здесь уже кто-то был после случившегося, то либо убирал следы, либо искал то же, что и я. Если до - значит, Лиана могла войти не через официальный доступ, а через уже подготовленную дыру. «Осквернила закрытый зал», говорили они. Как удобно обвинить девочку в проникновении туда, где дверь заранее оставили мёртвой.

Я толкнула.

Дверь открылась с тяжёлым стоном.

Малый ритуальный зал Северной башни оказался не таким большим, как я ожидала. Скорее круглая каменная комната под высоким сводом, где узкие окна стояли по четырём сторонам света. Лунный свет и снег за ними делали пространство серым, почти подводным. В центре на полу был ритуальный круг - не свежий, но не стёртый. Его линии вырезаны в камне и заполнены тёмным веществом, похожим на старую смолу или засохшую кровь. По краям круга стояли семь маленьких чаш, все пустые. На стенах - ниши для свечей, сейчас погасших. Воздух пах пеплом, железом и чем-то сладковато-гнилым, будто здесь когда-то жгли травы, которые не должны гореть в закрытых помещениях.

Я стояла у порога и не могла заставить себя войти.

Не из-за страха перед запретом. Из-за тела. Лиана помнила это место. Не словами, не картинками, а реакцией: сердце ударило так сильно, что стало больно, дыхание сбилось, пальцы похолодели. В горле вспыхнуло ощущение чужой руки. Колени попытались подогнуться. Я вцепилась в дверной косяк и заставила себя считать. Один. Два. Три. Память тела - не приказ. Страх - не повод пятиться. Если девочка умерла здесь, она хотя бы заслужила, чтобы кто-то вошёл не за её унижением, а за ответом.

Я шагнула внутрь.

Первое, что бросилось в глаза, - пол был вымыт. Не полностью. Не идеально. Но слишком явно. Вокруг круга камень был темнее, чем у стен, будто его недавно тёрли мокрой тряпкой. Запах чистящего настоя с горькой мятой едва пробивался сквозь пепел. Кто-то пытался убрать следы. Спешно или уверенно - пока непонятно. В углу стояло опрокинутое ведро, высохшее, с тёмным налётом внутри. Я подошла, наклонилась. Налёт пах железом. Не надо быть великим магом, чтобы понять, что мыли не пыль.