Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 132 – Ксения Соболева

Вот значит как.

Не просто магия. Не просто всплеск. Не просто защита от чёрно-алой крови, которая трескает чаши и отвечает на печати. Браслет должен был реагировать и на «нарушение дисциплины», то есть на спор, неповиновение, резкость, возможно, на эмоциональный всплеск. Официально - чтобы не дать нестабильной кадетке сорваться. Фактически - чтобы каждое слово проходило через боль. Очень удобно. Если человека нельзя заставить молчать сразу, можно научить его тело бояться речи.

— Нет, - повторила я.

На этот раз голос вышел тише. Не слабее - холоднее.

Орн кивнул служителю. Тот открыл футляр.

Браслет лежал на чёрном бархате, и оттого казался почти драгоценностью. Тёмное серебро, тонкое, гладкое, с впаянной внутрь алой линией, похожей на застывшую каплю крови, растянутую по кругу. На внешней стороне - маленькие руны, такие аккуратные, что их можно было принять за украшение. На внутренней - почти незаметные зубцы магического контура. Не физические, не режущие кожу, но я уже знала: магии не нужны настоящие шипы, чтобы причинять боль. Она умеет входить глубже.

— Кровавый браслет, - сказала Лиор.

В её голосе было столько отвращения, что даже Орн слегка повернул голову.

— Упрощённое название, магистр. Корректный термин - стабилизирующий ограничитель с кровным откликом.

— Я знаю корректные термины. Кровавый браслет - тот, который питается болью носителя при попытке нарушить контур. Не играйте со мной в словарь.

— Не драматизируйте. Он не питается болью. Он фиксирует всплеск и возвращает его владельцу в безопасной форме.

— Боль - безопасная форма?

— Для окружающих - да.

Я медленно поднялась с койки. Лиор тут же повернулась ко мне, но я не дала ей сказать. Стоять было трудно. Рёбра ныли, тело ещё не восстановилось после тренировки и бала, но сидя принимать браслет я не собиралась. Есть унижения, которые нельзя отменить, но можно встретить на ногах.

— Где ректор? - спросила я.

— Занят срочными переговорами с представителями Совета, - ответил Орн.

— Разумеется. Очень удобно подписывать ошейники из переговорной.

Магистр Дейн тихо произнесла:

— Кадетка Вейр, браслет действительно может предотвратить опасный всплеск. После реакции чаши и вашего состояния…

— Моего состояния, - повторила я. - Удобная вещь. Вчера им объясняли, почему меня надо увести с бала. Сегодня - почему на меня надо надеть браслет. Завтра, наверное, почему меня стоит закрыть в подвале, чтобы состояние не тревожило уважаемых людей.

— Это временная мера, - сказала Дейн.

— Так говорили и о прошлых браслетах.

Она вздрогнула.

Орн поджал губы.

— Прошлые ограничители были наложены в рамках дисциплинарных процедур после зафиксированных нарушений.

— И подавляли родовой отклик.

Он замолчал.

Совсем ненадолго. Для большинства - почти незаметно. Но я увидела, как его глаза стали чуть уже, а пальцы на папке сжались. Лиор тоже заметила. Магистр Дейн побледнела.

— Кто вам это сказал? - спросил Орн.

— Кожа.

— Не играйте.

— А я не играю. Следы на моих запястьях прекрасно помнят, что им делали. Жаль, что академические документы помнят хуже.

— Достаточно, - сказал он. - Служитель.

Двое дисциплинарных помощников шагнули ко мне.

Лиор встала между нами.

— В моём крыле вы не будете хватать пациентку.

— Магистр Лиор, вы препятствуете исполнению ректорского распоряжения.