Книга Раздражающая жена, или тысяча и один спор с попаданкой, страница 101 – Нана Сучкова

Какого чёрта здесь происходит? Попыталась вспомнить какие-нибудь подробности последних событий. Кроме животного секса с Давросом ничего в голову не приходит.

Неужели я опять переместилась в другое тело?… И, кажется, это тело человека приговорённого к экзекуции. – добавил мой внутренний голос с истеричными нотками. Так. Стоп. Стоп. Без паники. Это тело ощущается почти также как раньше, даже немного легче. Посмотрела на руки, пытаясь в полумраке комнаты рассмотреть знакомые конечности.

Вроде они. Фух. Не переместилась.

Но тогда повторюсь:

— КАКОГО ЧЁРТА ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! – это я уже не очень довольно кричала возле двери, принимая бесполезные попытки её открыть. Несколько раз ударила кулаком по прочному металлу, костяшки начали ныть и покраснели, благоразумно остановилась. Начала пинать её пяткой, создавая как можно больше шума, потому что если там, снаружи, есть надзиратели, и эти тва… кхм… исполняющие свой служебный долг люди, игнорируют мои крики, значит буду раздражать их непрекращающимися громкими звуками, всё равно делать нечего. – Эй! Кто-нибудь! Если ваш план состоит в том, чтобы заморить меня голодом до смерти, то это будет долго! Неделю минимум! И всё это время я буду стучать! – прокричала со всей силы, а после прислушалась к глухим шагам за стеной, стихшим где-то поблизости. Предусмотрительно отошла.

Через долю секунды дверной замок побренчал, а следом зашёл растрёпанный и, по-видимому, не спавший несколько дней Маркус.

— Билсилия Рочир эр Вирибус, вы обвиняетесь в попытке воздействовать на ментальное состояние Герцога Давроса Рочира эр Вирибуса посредством психотропных веществ более известных как “вериес” и “сианаш”. Ранее упомянутые вещества при взаимодействие дают эффект психологической и физической привязанности. – официальным тоном начал мою инкриминацию секретарь, с которым мы буквально недавно дружески насмехались над заносчивостью его начальника.

Приплыли… Блядь.

— Снова повторяю… – устало выдохнула, сидя в комнате допроса. - Это не я! – Опять по другую сторону баррикад, и всё это за один, сука, год. Сколько здесь торчу? Чёрт его знает. Успела несколько раз поспать, в два раза больше поесть и ровно ноль раз помыться.

— Я здесь решаю вы это или нет. – мужчина в годах, возможно в годах трёхсотлетних, а, возможно и больше, определить возраст местных обывателей у меня не получается от слова совсем, сканировал тушку холодным, циничным взглядом. На кого-нибудь подобное производит неизгладимое впечатление, только вот, во-первых, я сама когда-то была на его месте, а во-вторых, я, мать его, в другом мире!!! В другом мире без связей, без знакомых и практически без прав. Нет, у меня, конечно, есть Фаруз и Фэрис, однако простолюдин, пусть и уважаемый за свои академические способности, да владелица борделя, также известная как бывшая проститутка, или свергнутая наследница какого-то там клана из соседнего государства, едва ли могут мне чем-то помочь, а подставлять их желания нет. Потому суровые взгляды вообще ни чуточку не трогают. А вот шаткость положения…Вот она трогает... Местна правовая система устроена так, что Даврос тут чуть ли не высшая исполнительная власть, за исключением императора и трёх других герцогов. В любом случае, над своей женой он может творить всё что вздумается. И те предупреждения, которыми, как казалось, угрожал супруг, детский лепет по сравнению с тем, что он способен со мной сделать в действительности.