Книга Пышка не для Дракона, страница 183 – Лиссбет Котцова

— Нет.

Он замолчал.

Слово сработало.

Как всегда.

И от этого стало хуже.

Я продолжила:

— Не расследование.

— Я понимаю.

— Не сотрудничество.

— Да.

— Не моё участие в защите Севера.

Каэр смотрел.

— Я прекращаю романтические отношения с вами.

Произнесла полностью.

Чтобы потом нельзя было сказать, что мы оба были слишком злы и не поняли.

— Потому что я не могу спать с человеком, которому доверяю тело, если при сильном страхе он считает допустимым забрать у меня выбор в остальном.

Каэр побледнел.

Совсем немного.

— Я никогда…

— Я знаю, что вы никогда не принудили бы меня к близости.

— Тогда не связывайте…

— Именно связываю.

Он замер.

Я сама услышала, насколько жёстко прозвучало.

Но это было важно.

— Согласие не заканчивается у двери спальни, Каэр.

Тишина.

— Вы прекрасно понимаете «нет», когда речь идёт о поцелуе.

Я сглотнула.

— Мне нужен мужчина, который понимает его и тогда, когда страшно.

Каэр долго молчал.

Ни одной попытки сказать, что я преувеличиваю.

Ни одной просьбы не принимать решение в эмоциях.

Наверное, понимал, что этим только подтвердит всё.

— Это окончательно? – спросил он.

Правильный вопрос.

Я закрыла глаза на секунду.

Хотелось сказать «не знаю».

Оставить дверь.

Сделать себе мягче.

Но отношения нельзя прекращать наполовину, надеясь, что второй человек догадается, когда снова можно войти.

— Сейчас да.

Он кивнул.

Один раз.

— Хорошо.

Вот так.

Не «я не отпущу».

Не «ты моя истинная».

Не драконий рык.

Не магическая судьба.

Обычное тяжёлое слово взрослого мужчины.

Хорошо.

Я ненавидела его за это несколько секунд.

Потом себя.

Потом никого.

Просто стало больно.

— Я уйду, – сказал Каэр.

— Да.

Он пошёл к двери.

Уже взялся за ручку.

Я спросила:

— Приказ остаётся?

Каэр остановился.

Вот он.

Настоящий вопрос главы.

Не любит ли он.

Не жаль ли ему.

Не хочет ли вернуться.

Приказ.

Каэр медленно повернулся.

— Да.

У меня внутри стало пусто.

— Понятно.

— Вера…

— Не объясняйте.

Он всё-таки сказал:

— Угроза не исчезла от того, что вы прекратили отношения.

— Я знаю.

— Я не могу сделать вид, что она меньше.

— Не прошу.

— Тогда…

— Я спросила только одно. Остаётся ли приказ.

Каэр смотрел.

— До утра да.

До утра.

Процедурная формулировка.

Но достаточно.

Я кивнула.

— Тогда больше говорить не о чем.

Он вышел.

Дверь закрылась.

Я стояла посреди комнаты.

И впервые за всё время после Земли мне очень хотелось что-нибудь разбить.

Не разбила.

Жалко имущества.

Моего.

Спать не получилось.

Я собирала вещи.

Не потому, что их было много.

Наоборот.

После недель в Речном дворе я неожиданно поняла, сколько всего успело разложиться по комнате как будто навсегда.

Книги.

Записи.

Рабочие платья.

Письма.

Небольшой мешочек с земными воспоминаниями, которых физически не существовало.

Каэр не оставлял здесь своих вещей.

Мы не жили вместе.

И теперь я была благодарна собственному упрямству.

Не пришлось отделять его рубашки от моих.

Никакой совместной зубной щётки этого мира.

Никакой бытовой катастрофы.

Только память.

Вот её собирать было некуда.

Стук раздался около полуночи.

Я напряглась.

— Кто?

— Санна.

Открыла.

Она стояла с лампой.

Посмотрела на раскрытый дорожный сундук.

Потом на меня.

— Правда?

В Речном дворе новости распространялись быстрее магических вестников.

— Какая часть?

— Что вы утром уезжаете.