Книга Пышка не для Дракона, страница 101 – Лиссбет Котцова

Умная женщина.

Я села подальше.

Не демонстративно.

Просто так получилось.

Наверное.

Каэр дочитал строку.

Передал лист Иаре.

— Это всё.

Она взяла бумагу, поднялась и остановилась возле моего стула.

— Сегодня после полудня вы можете выйти в нижнюю складскую часть. Дален будет сопровождать.

— Спасибо.

— Не мне. Маршрут уже входит в согласованный.

Иара ушла.

Каэр остался.

Вот теперь стол внезапно стал очень маленьким.

Я занялась хлебом.

Невероятно интересный продукт.

Можно долго изучать корочку.

— Вера.

Я подняла глаза.

— Что?

— Я сегодня уезжаю на несколько часов.

— Куда?

— На внешний оборонительный участок.

— Это предупреждение гаранта или мужчины, которого я вчера целовала?

Он помолчал.

— Мужчины.

Вот.

Простое разделение.

А внутри почему-то стало теплее.

— Тогда хорошо.

— Я вернусь до вечера.

— Я не собиралась ждать у ворот.

— Я и не просил.

— Отлично.

Мы посмотрели друг на друга.

Я первой улыбнулась.

Совсем немного.

Каэр тоже.

И в этот момент стало понятно, что вчерашний поцелуй ничего не решил.

Не сделал нас парой.

Не отменил расследование.

Не убрал дисбаланс власти.

Не пообещал общего будущего.

Но вернуться к прежнему состоянию уже не получится.

Мы оба это знали.

Следующие два дня оказались настолько обычными, насколько вообще могла быть обычной жизнь женщины, которую обвиняли в диверсии и одновременно считали истинной парой дракона.

Я работала с Лораном.

Риан прислал новые документы.

В спорных партиях стало больше маршрутов, которые вели через промежуточные структуры Астенов, но ни одной новой улики против него лично не появилось.

Это немного успокаивало.

Совсем немного.

По вечерам я видела Каэра.

Иногда за ужином.

Иногда в рабочей галерее.

Один раз мы почти полчаса обсуждали поставки и ни разу не коснулись друг друга.

Что оказалось неожиданно интимнее второго поцелуя.

Потому что теперь я замечала всё.

Как он отодвигает мне документ, не перекрывая собой свет.

Как слушает, когда я объясняю, почему маленькие потери важнее общей суммы.

Как однажды автоматически кладёт руку на спинку моего кресла и тут же убирает, будто сам вспомнил, что после изменения наших отношений каждая привычная близость получает новый смысл.

Мне нравилось наблюдать.

Это уже нельзя было списать на внешность.

Каэр и раньше был красив.

Я это поняла в первый день, почти одновременно с тем, что он вооружён и опасен.

Теперь красота перестала быть главным.

Значение получало то, как он действует.

И именно поэтому утром третьего дня лист, который он положил передо мной, оказался сильнее любого цветка, украшения или признания.

Я была в своём кабинете.

На столе лежала схема маршрутов к Речному двору.

Мы как раз начали обсуждать возможность поехать туда через несколько дней, когда Каэр вошёл вместе с Севартом Ранном.

Дознаватель прибыл в Вейрхольм по делам расследования и выглядел так, будто дорога окончательно убедила его в несовершенстве географии Эртала.

— Доброе утро, – сказала я.

— Не уверен.

— Вы всё-таки добрались.

— К сожалению для некоторых участников дела.

Северт сел.

Каэр остался стоять.

Передо мной оказался документ.

Я сразу насторожилась.

После последних недель толстая официальная бумага редко приносила хорошие новости.

— Что это?

— Дополнение к условиям гарантии, – сказал Каэр.