Книга Княжна из трущоб. Пропавшая наследница, страница 65 – Рина Вергина

На чаепитии собралось около пятнадцати дам. Меня встретили вежливо, но с любопытством. Поздравили с замужеством, поинтересовались здоровьем дедушки, и скоро ли вернётся Андрей Павлович.

— Дела задержали его в Петербурге, — ответила я. — Надеюсь, к концу месяца вернется.

— Ах, Петербург, — вздохнула одна из дам. — Там сейчас, говорят, прекрасно. Сезон в самом разгаре.

После первой чашки чая я поздравила именинницу, совсем ещё юную девушку, которая смущалась собственного праздника больше, чем радовалась ему.

— Позвольте сделать вам небольшой подарок.

Я подала ей коробочку с брошью и платок. Сначала девушка открыла коробочку с брошью и смущенно заулыбалась, приколов ее на платье.

Потом взяла сверток с платком. Осторожно развязала ленточку. Развернула бумагу. И в комнате сразу стало заметно тише.

— Какая необыкновенная...

Косынка переходила из рук в руки. Дамы рассматривали рисунок, гладили ткань и переговаривались между собой.

— Где вы нашли такую окраску?

— Производство нашей мануфактуры, — сказала я просто. — Экспериментировали с окраской и получилось такое чудо.

— Нигде такого не видела, — сказала дама напротив. — Можно ли заказать такую же?

Я улыбнулась.

— Конечно. Я вам пришлю.

Про косынки говорили ещё минут десять. Потом разговор перешёл на Петербург. Кто там сейчас, какие новости, чем живёт столица. Я слушала вполуха. Многие имена мне ни о чем не говорили и в общей беседе участвовать было сложно.

— Кстати, — сказала бойкая дама в лиловом, — мне знакомые писали на прошлой неделе. Видели графа Головина в опере. В ложе Михайловых.

Я подняла взгляд от чашки.

— С самой Ольгой Дмитриевной, — добавила она. — Говорят, весь вечер провели вместе. И в антракте гуляли.

Несколько осторожных взглядов скользнули в мою сторону. Я сделала совершенно безмятежное лицо.

— Андрей знаком с Михайловыми давно, — сказала я. — Не удивительно, что встретились в Петербурге. Мир тесен.

— Ну конечно, конечно, — закивала дама в лиловом.

Разговор почти сразу ушёл в сторону. Но неприятный осадок почему-то остался.

Домой я возвращалась уже в сумерках.

Следовало радоваться. Косынка произвела именно тот эффект, на который я рассчитывала. Несколько дам захотели заказать такие же. Значит, идея действительно может сработать.

Потом будут блузки, платья, а там, если всё сложится удачно, и собственная лавка готового платья. Весной будет открытие Нижегородской ярмарки. Вот где можно развернуться. И о чём нужно думать.

А не о том, с кем Андрей Павлович проводил вечера в Петербурге.

В конце концов, наш брак никогда не строился на любви. Мы оба прекрасно это понимали.

Но память почему-то сама услужливо подсовывала бал. Высокую стройную Ольгу Михайлову в изумрудном платье. То, как легко она танцевала с Андреем. Как смотрела на него снизу-вверх и улыбалась томно.

Я сердито отвернулась к окну.

Ну и что с того, что они вместе ходили в оперу? Может быть, рядом была вся семья Михайловых. Или они случайно встретились.

Может быть...

Я оборвала себя на полумысли.

Какая, в сущности, разница?

Мне следовало думать о мануфактурах. О том, кто поджёг красильню. О заказе швейных машин. И хватит ли на всё средств.

Вот о чём стоит переживать.

А всё остальное… пусть пока остаётся на потом.