Книга Конечно, любовь, страница 66 – Елизавета Шумская

— Я не бесплодна, – побелевшая как полотно, пискнула Июрэ.

— Скорее всего, нет, но кто там знает? Пока и госпожа Новейн не умеет делать такие сложные артефакты. И даже простые, как я посмотрю, – преподаватель вновь посмотрел грозно на демоницу. – Что у вас не получается, как вы выразились?

Айлла вздрогнула и на несколько секунд растерялась: слишком уж неожиданным оказался переход. Потом собрала силу воли в кулак и выдала:

— Вот схема. Она правильная… вроде, – сомнение охватило девушку неожиданно, и она с мольбой посмотрела на мастера. Тот взял лист, скользнул по нему взглядом и сдержанно кивнул.

— Почерк отвратный, но в целом должно сработать.

— Но не сработает, – продолжила Айлла, помотала головой и зачем-то повторила: – Не сработает.

— Почему?

— Ну вернее, сработает, но не так, как надо, и держаться не будет.

— Почему? – повторил преподаватель.

— Это… в смысле нужно вписать схему в круг, – пробормотала демоница. Мысленно отругала себя за лепет и продолжила более уверенно: – А круг на камне неровный. Вот видите, – она подняла кругляшок. – Вот тут шире, а тут уже. И если поместить центр там, где центр кругов, то получается, что схему нужно растягивать. Но растянется она неровно. Потому что круг неровный.

Какое-то время преподаватель молчал, замер и класс. Студенты вглядывались в свои артефакты. Многие выглядели растерянно. У них ситуация не отличалась.

— А с чего вы взяли, что схему вообще нужно вписывать в круг? – сощурился преподаватель.

Раздались облегченные смешки.

— Ну как же… – растерялась Айлла. – Точно надо.

Она понимала это так ясно. Только вот реально… почему?

— А вы, госпожа Кинс, – обратился мастер к полуэльфийке, – почему ничего не сделали?

Мариэль затравленно глянула на выжидающие лица и, отчаянно смущаясь, повторила то, что ранее рассказала Айлле. Это еще больше повеселило окружающих.

— Линии, – вдруг четко произнес Абонтен. – Это линии.

— Поясните, господин Гарфер, – повернулся к нему преподаватель.

— Круги – это тоже линии.

— Точно! – Саша разве что не ударила себя по лбу и с досадой посмотрела на собственное творение. – Любые линии в магической схеме меняют ее свойства. А рисунок на камне – это природные линии. Они более мощные, чем любые, что нанесем мы.

— Вот дерьмо… – совсем не по-эльфийски пробормотала Мариэль.

Теперь веселыми никто не выглядел.

— Проклятье, это же первое задание, – не выдержала Айлла. – Любые неучтенные линии в рисунке заклинания меняют его. Поэтому всегда желательно выбирать максимально ровные площадки для схем.

— Именно. Основополагающее правило. Миллион раз озвучивали его. И что? Большая часть класса просто не соотнесла его с реальной ситуацией. Да что там большая! Никто этого не сделал! Очень плохо!

— То есть амулет на малахите нельзя создать? – робко спросил Абонтен.

— Можно, – фыркнул преподаватель, – но схему нужно изначально вписывать в рисунок на камне.

— Но он же не ровный! – возмутился кто-то.

— Да, неровный. И расчеты там сложнее.

— Но мы такого еще не проходили.

— Именно это вы и должны были мне озвучить. Незачет у всей группы.

— Мастер Каабу, – подала голос Айлла, – а многие обычно проходят правильно это задание?

Тот только хмыкнул.

— Практически никто.

Класс облегченно выдохнул и возмутился одновременно.