Книга Укутаться в силуэт, страница 29 – Юлия Жукова

А через месяц Яра вышла из школы и увидела знакомую машину.

— Что-то случилось? — спросила она Ольгу, опёршуюся на капот. Хотя по виду Ольги всё было просто отлично — она сбросила лет пятнадцать, да и одета была аккуратно и неслучайно.

— Мы забрали Тёму домой, — сказала она. — Он очень просит тебя зайти в гости.

— Зачем? — нахмурилась Яра.

— Я так поняла, вы встречались? — подняла ухоженную бровь Ольга.

— Только для вида, — пожала плечом Яра, отчётливо, всей кожей ощущая, насколько у неё уродливый рюкзак, жидкие волосы и плохая осанка. Почему бы Ольге не оставить её в покое? Она наверняка хотела бы для своего сына более приглядной девушки.

— Ой ли? — усмехнулась Ольга. — Давай садись, я наготовила, как на день рожденья.

Яра вздохнула, но перечить не стала. Конечно, будет ужасно неловко, но, может, Тёма в бестелесном виде не так её видел или позабыл. Надо было закрыть последнюю страницу этой истории и разойтись каждый своим путём.

Домик Тёминой семьи приобрёл более жилой вид даже снаружи, дорожку от ворот расчистили, а растущая около крыльца сосенка была украшена гирляндами и мишурой. Ольга сразу ушла на кухню. Тёма ждал на диване в гостиной и выглядел болезненно, но довольно. Сейчас он был больше похож на себя-духа, чем тогда, в больнице. Яра подумала, что его биологические родители, наверное, были какими-нибудь арабами или цыганами, уж очень яркие у него были черты. При появлении Яры он с некоторым трудом поднялся на ноги, уцепившись за край стола.

— Привет!

— Привет, — Яра глянула исподлобья. — Ты как?

— Лучше всех! — оскалился Тёма. — Я надеялся, ты придёшь хоть раз.

— Зачем? — пожала плечами Яра.

— Ты же так и не рассказала мне про Гретани.

Яра закатила глаза.

— Можно подумать, тебе правда хотелось знать про Гретани. И потом, разве ты в голове у меня не увидел?

— Но ты ведь хотела заново придумать начало, — напомнил Тёма. — Я не мог увидеть то, чего ты ещё не придумала.

— Я думаю, ты увидел достаточно, — вздохнула Яра, нехотя вспоминая былой стыд. — И делиться мне больше незачем. Так что можешь оставить при себе комментарии по поводу увиденного, а я пойду домой.

— Ты что, подожди! Я не собирался ничего комментировать! Яра, я просто хотел сказать…

— Если ты собирался два часа говорить «спасибо», это тоже можешь оставить при себе, мне оно не надо.

— Да я понял уже! — Тёма попытался подойти ближе, но пошатнулся и остался у стола. — Я только хотел сказать, что восхищаюсь тобой, потому что ты такая храбрая!

Яра вытянула шею.

— Ты там в своей коме не свихнулся случайно? Ты что, не видел, как я тряслась? И в больнице, и по поводу того, чтобы тебя впустить, и вообще всю жизнь?

— Так в том-то и дело, — улыбнулся Тёма. — Ты боялась, но делала. Я так не могу. Мне как только чуть-чуть страшно становится, сразу руки опускаются. А ты — я просто не понимаю, ты столько всего выдерживаешь, а внешне как будто всё отлично! Я никогда даже близко не видел такого храброго человека, даже не представлял вообще, что такое храбрость.

— Да где отлично-то, — нашла Яра к чему придраться. — Я и выгляжу отстойно, и веду себя кое-как.

— Но если бы мне было так страшно, как тебе, я бы никак не выглядел, потому что даже из дому не вышел бы ни разу за всю жизнь. А ты как железная, ни согнуть, ни сломать. Яра, ты… Я понимаю, что сейчас от меня толку чуть, но потом, когда я выздоровею, ты не согласишься со мной взаправду встречаться?