Книга Новая жизнь Джей, страница 6 – Юлия Жукова

— А можно с ними поговорить? — наконец не выдержала она.

Мастер пожал плечами.

— Можно. Но вообще-то голосовые настройки регулируются под ваш вкус. А так — у нас все комплектации многоязычные, пожалуйста, пробуйте.

Эдна подошла поближе и осмотрела двоих стоящих первым рядом мальчиков и одну девочку. Подумала, что, может, девочку завести и правильнее, но оценила её внешность и засомневалась. Так ведь и комплексы нажить можно. О чём заговорить с артефактами, она не представляла, да ещё и под скептическим взглядом мастера Сюмбеля. Нет, ну, наверное, можно расспросить их об их функциях, так?

— Ты что умеешь делать? — ткнула она пальцем в знойного блондина.

— Обрабатывать голосовые команды, анализировать внеязыковой контекст, оценивать линейное расстояние, объём, плотность, вес обиходных объектов, оценивать физическое и психическое состояние людей, оценивать свежесть пищевых продуктов…

Он продолжал перечислять, но Эдна вскоре его остановила. Похоже, он зачитывал какой-то список, причём организованный не тематически, а в алфавитном порядке на неизвестном Эдне языке.

— Хорошо, — произнесла она, размышляя. — Скажи лучше, чего ты не любишь.

Она ожидала, что гомункул задумается, хотя — почему она этого ожидала? Не будет же он свои предпочтения анализировать, у него наверняка это где-то прописано.

— Беспорядок, — тут же сказал Свити. — Грязь. Антисанитарию. Гниль. Пыль. Плесень.

— Поняла, поняла, — замахала рукой Эдна. Свити замолчал.

В целом всё и так было ясно, но ей как-то претило приводить в свой дом гомункула, которого раздражает беспорядок. Как бы он там ни убирался, Эдна генерила беспорядок производительнее, чем аудиторские отчёты. Может быть, стоило взять Свити, нацеленного на что-то ещё.

Она опросила ещё десяток, но ответы примерно совпадали. Вот следующий удивил.

— Что ты делаешь часто? — спросила Эдна, пытаясь дознаться, в какой области у Свити есть опыт работы и, соответственно, развитые способности к анализу.

— Нарушаю правила, — дружелюбно произнёс гомункул с неизменной лёгкой улыбкой, гипнотизируя взглядом стену.

— В смысле? — Эдна обернулась к мастеру Сюмбелю. — Это как?

— Опять технари в настройках копались, — покачал головой тот. — Небось ещё и похабным анекдотам научили.

Эдна снова присмотрелась к Свити. Этот был довольно крупным и отдекорированным под выходца из Логроканта: смуглый, с продолговатым лицом и волнистыми чёрными волосами, спускавшимися до середины шеи. Из волос торчали такие же чёрные уши, покрытые мягкой шёрсткой. На тёмном лице фонарями горели ярко-голубые глаза, даже немного с сиреневым оттенком — светились они слабо, но на контрасте с загорелой кожей казалось, что прямо фары. Стандартный облегающий комбинезон подчёркивал каждый изгиб и ямочку развитых мышц.

— А что бывает, когда ты нарушаешь правила? — спросила она.

— Больно, — благодушно ответил Свити.

Эдна вздрогнула и покосилась на мастера.

— Говорю же, понаписали ему всякой чуши в редактируемые поля, — проворчал тот, вовсе не выказав удивления. — Они не чувствуют боли, это же артефакт!

Эдна снова обратилась к Свити.

— А зачем ты нарушаешь правила, если больно?

— Они глупые, — сказал гомункул с мечтательной улыбкой и как-то странно дёрнулся.

Мастер подошёл поближе, цокая языком и развернул с леденца эфирное изображение — какие-то поля, ячейки, символы, в которых Эдна ничего не понимала.