Книга Брошенная жена Альфы. Открыла приют для его незаконных детей, страница 26 – Юлий Люцифер

— Высокая оценка.

— Я сегодня экономлю похвалу.

— Заметно.

Я подошла на одну ступень ближе.

Не специально.

Только чтобы говорить тише.

— Если она ваша, вы ее уже нашли. Вам не нужно забирать ее завтра, чтобы находка стала настоящей.

Кайр опустил взгляд на меня.

Мы стояли близко.

Впервые по-настоящему.

Я видела светлую полоску старого шрама возле его подбородка.

Чувствовала тепло, несмотря на прохладный воздух.

Его взгляд задержался на моем лице.

Не на губах.

Но слишком внимательно.

Мне стало трудно помнить, о чем мы спорили.

Это было глупо.

И очень живо.

Кайр первым отступил.

Совсем немного.

— Подождем экспертизу.

— Хорошо.

— Но если подтвердится, я не обещаю быть спокойным.

— Я и не просила.

— Вы вообще мало просите.

Фраза задела неожиданно.

Потому что была правдой.

Я почти всегда делала сама.

Особенно последние годы.

— Спокойной дороги, Альфа Торрен.

Он понял, что я закрыла личную часть разговора.

— Кайр.

— Что?

— Если вы называете меня Альфой только когда хотите поставить на место, я начинаю замечать закономерность.

Я не удержалась.

— Полезный навык.

Он улыбнулся.

На этот раз открыто.

И стал намного моложе своих тридцати восьми.

Опасно привлекательным.

Я вдруг поняла, что тоже улыбаюсь.

— До завтра, Эйлин.

— Вы уже решили, что приедете?

— Да.

— Вот опять.

— Завтра утром Совет пришлет представителя по вашей лицензии. Я тоже имею право присутствовать как заявитель по возможному родству.

— Хорошо. Тогда до завтра.

Кайр сел на коня.

Я смотрела, как он уезжает по аллее.

Только когда ворота закрылись, заметила Нессу в верхнем окне.

Она сразу отошла.

Я поднялась к ней.

Девочка сидела на кровати и расплетала косу.

Младших не было.

— Где остальные?

— Финн показывает Тому новую кровать. Лея у Марты.

Я села на стул.

Не на кровать.

— Хочешь поговорить?

— Нет.

— Хорошо.

Она продолжила расплетать.

Я подождала.

Через минуту Несса сама спросила:

— Он правда искал меня?

— Ребенка своей сестры.

— Это не то же самое.

— Верно.

Она посмотрела.

— Вы всегда отвечаете так?

— Как?

— Не говорите то, чего не знаете.

Я улыбнулась.

— Стараюсь.

— Взрослые обычно придумывают.

— Иногда думают, что так будет легче.

— Не легче.

— Я знаю.

Несса положила ленту на колени.

— Если кровь совпадет, я должна его любить?

Вопрос ударил сильнее, чем все сегодняшние бумаги.

— Нет.

— А он меня?

— Не знаю, что он будет чувствовать.

Она нахмурилась.

— Он смотрел странно.

— Думаю, потому что ты похожа на человека, которого он любил.

— На маму?

— Возможно.

Несса опустила взгляд.

— Я ее почти не помню.

— Это нормально.

— Нет.

— Почему?

— Если он помнит, а я нет, получится, что она ему больше семья.

Я медленно выдохнула.

— Несса, память не соревнование.

Она молчала.

— Ты была младенцем, когда она умерла. Ты не обязана помнить человека, чтобы быть его дочерью.

— А если я не хочу жить у него?

— Тогда ты это скажешь.

— А он послушает?

Я вспомнила разговор у крыльца.

— Ему придется.

— Вы заставите?

Вот тут я улыбнулась.

— Постараюсь убедить.

— А если не получится?

— Тогда Совет.

Несса наконец улыбнулась.

— Вы любите Совет?

— Нет.

— Но все время им угрожаете.

— Потому что иногда он полезен.

Она легла на подушку.

— Я подумаю про кровь.

— Хорошо.

— Не завтра утром.

— Хорошо.

— Может, после обеда.

— Как скажешь.