Книга Ученье – свет, а богов тьма, страница 90 – Юлия Жукова

— А у вас Старейшина Унгуц вел? – удивляется Эцаган. – Я не знал, что он этим занимался. Я-то сам к Асундулу ходил.

— Да, он вел клуб, но давно. Потом бросил, потому что уже сил стало не хватать с детьми управляться, только школу ведет по-прежнему.

— Я так думаю, Унгуц просто лучше учил, чем Асундул, – замечаю я. – Потому у него и были все умные.

— Кстати, очень может быть, – соглашается Эцаган. – Жалко, что он бросил, хоть бы старших брал, кто поразумнее…

— У меня есть идея, – сообщаю я.

Азамат смотрит на меня, на Эцагана, на Кира и говорит:

— У меня тоже.

Кир смотрит на нас и морщится.

— Да ну, не люблю я этих старперов…

— Кир! – довольно резко окликает его Азамат. Ребенок аж вздрагивает. – Будь добр, прибереги свои выражения для кого-нибудь еще. Можешь про других Старейшин что угодно говорить, если не боишься огрести, но чтобы про Унгуца я не слышал ни единого оскорбления. Он мне как отец, и, что бы ты ни думал о Старейшинах вообще, Унгуц – человек высшей категории и заслуживает уважения любого из живущих. Да и среди покойников тоже.

Кир моргает, несколько шокированный таким выплеском эмоций.

— Так точно, отец! – по-армейски отвечает он. Потом, подумав, добавляет: – А он что, так круто дерется?

Азамат усмехается.

— Ты знаешь, я никогда не слышал, чтобы Старейшина Унгуц дрался. Ему все всегда проигрывали без драки.

— Ого, – тихо произносит Кир и задумывается.

— Так я не понял, что у вас за идея? – переспрашивает Эцаган.

— Ну, раз Кир так хорошо умеет строить свою команду, может, Унгуц возьмется их поучить? Это был бы клуб только для них, безо всяких случайных и неприятных соседей. Я-то уж знаю, что такое районный клуб, – фыркаю я.

— Как тебе такая идея, Кир? – спрашивает Азамат.

— Не знаю… А ты говорил, ты бы со мной позанимался всеобщим… – выпячивает губу ребенок.

— А я могу и в клуб к вам наведываться, – замечает Азамат, подмигивая. – Заодно пару боевых приемчиков показать…

— О, да это я тоже в ваш клуб хочу, – заявляет Эцаган.

— А и приходи, – улыбается Азамат. – Тебе тоже, я думаю, есть чем поделиться с ребятами.

Кир восхищенно переводит взгляд с одного на другого, а потом останавливает его на мне.

— А вы?

— Да я-то уж понятно, что буду там дневать и ночевать, пока вы все не выйдете оттуда подкованными в доврачебной помощи. Еще Айшу вон возьмите. А то духовные дела – это, конечно, да, но и писать-считать ведь тоже надо учиться.

Айша, до сих пор притворявшаяся мебелью, в твердой уверенности, что ее разговор не касается, встрепенается и розовеет.

— Правильно, – соглашается Азамат. – А потом Алэк подрастет, ему тоже в клуб надо будет хоть иногда ходить. Кстати, где он? Уже ночь на дворе, неужто Тирбиш все еще с ним гуляет?

— Не, они в переговорной, – объясняю я. – Алэк там играет с кузенами, Сашкиными детками. Девочке пять, мальчику три, ну вот и Алэк к ним в компанию.

— Это с моего новенького голографического трансмиттера? – переспрашивает Азамат. – Дети играют?

— Ну, Тирбиш присматривает, чтобы они настройки не сбивали. А чего, он же не испортится. Детям так веселее, чем просто смотреть друг на дружку в экран.

— Слушай, но… – Азамат разводит руками, – откуда у твоего брата такая штука? Их всего-то в мире по пальцам перечесть…

— Конечно, и самую первую поставили в переговорной головного офиса ЗС, где, как ты знаешь, и трудится мой брательник. У них там сейчас рабочий день, а детский сад при ЗС закрыт на карантин. Так что никто даже слова не скажет, что любящий отец приволок детей на работу, в конце концов, у нас любящие отцы скоро будут под защитой ЮНЕСКО, как уникальные памятники былой славы.