Книга Ученье – свет, а богов тьма, страница 205 – Юлия Жукова

Умукх деловито оглядывает его с ног до головы, словно прикидывая соотношение роста и веса, потом берется за одну из косичек у себя на голове и к некоторому нашему испугу выдергивает ее с корнем. Правда, ни мяса, ни крови на конце косички нет, только небольшое округлое утолщение. В руках Умукха косичка вдруг оживает, сглаживается и превращается в змейку – маленькую, толстенькую, перламутрово-белую с улыбающейся мордочкой. Наш Старейшина, кажется, покачивается. Даже Азамат решает на всякий случай придержать его за локоть.

— А что именно вы собираетесь делать? – интересуюсь я.

Умукх на секунду задумывается.

— Ой, это очень трудно объяснить. Но все будет хорошо. Э-э, Ажгдийдимидин, давай руку.

— К-которую? – смятенно сипит духовник, не спеша ничего подавать.

Умукх хмурится и прикусывает губу.

— Л-левую!

Духовник неохотно поднимает левую руку.

Умукх кивает с видом человека, угадавшего сложное слово в кроссворде. Он цепко хватает духовника за руку и запускает свою змейку ему в рукав. Судя по бугоркам под тканью, она там сворачивается браслетом.

— Вот! – победоносно резюмирует Умукх. – Можем лететь.

Ажгдийдимидин осторожно, как будто приближаясь к клетке с тигром, оттягивает рукав, чтобы полюбоваться на перламутровый браслет. Теперь это совсем не похоже на живую змею, так, побрякушка.

— А… это… можно будет снять? – шепчет он.

Умукх ненадолго задумывается, так что нас слегка прошибает холодный пот.

— Да, – наконец сообщает он. – Когда прилетим, наверное. Она к тебе привыкнет и будет слушаться. Ахмад-хон, а скоро мы полетим? Мне очень интересно, я никогда в космосе не был…

— Сейчас еще раз попробуем, – кивает Азамат, слегка подталкивая духовника ко мне и Киру, чтобы поддержали. – Надеюсь, теперь все получится.

Он уходит на мостик, и действительно через пару минут мы отрываемся от земли, совершенно без толчков и качки, и постепенно начинаем забираться в облака.

Ажгдийдимидин жестами показывает, что хотел бы свалить отсюда на все четыре стороны, и Кир уводит его в каюту отдыхать после нервного потрясения.

Умукх стоит довольный, вложив руки в противоположные рукава, улыбается миру, демонстрируя монолитные пластины вместо зубов.

— Можете посмотреть в окно, как мы поднимаемся, – замечаю я, поудобнее перехватывая Алэка, пока он не дотянулся до тех самых косичек.

— О, отличная идея! – радуется Умукх и кидается к иллюминатору.

Некоторое время с его стороны доносятся только самодостаточные охи и ахи, потом он вдруг снова вспоминает обо мне и спрашивает:

— А как называются эти штуки?

Я кошусь на забортный пейзаж – мы только что выползли в верхнюю атмосферу.

— Облака?

— Ах да, точно! – живо кивает он и немного смущается. – Пожалуйста, не говорите Ирлику, что я спрашивал, он мне это уже столько раз говорил, что теперь только злится.

— Не скажу, – обещаю я. – Но вообще он это зря, вы много слов знаете. Еще внизу, в космопорту такие сложные слова говорили, помните?

Он смущается еще больше.

— Это я нарочно к случаю выучил. Кстати! Вы обещали мне рассказать, почему у людей только четыре конечности!

Начать разговор с Умукхом об анатомии и эволюции было большой ошибкой. К тому моменту когда Азамат выводит нас за пределы гравитационного поля муданжского Солнца, я охрипла и сломала мозги, стараясь сляпать хоть сколько-то правдоподобные объяснения с учетом полной некомпетентности и ограниченного словаря собеседника. Кажется, я начинаю понимать, что имел в виду Ирлик, когда говорил, что Умукх будет из нас кровь пить. Вон как хищно своими мушиными пальцами перебирает.