Книга Приключения Фыси, страница 62 – Юлия Жукова

Затащив их на крышу, Фыся с упоением вгрызлась в мясо, но быстро поняла, что если так громко жрать, преступника она может не услышать. Подумав, она приняла человеческую форму, оставив только один длинный и острый коготь, настригла мяса с костей и стала ходить по крыше туда-сюда, не спуская глаз ни с одного входа в дом, потихоньку аккуратно уминая завтрак маленькими кусочками.

И очень правильно она так сделала, потому что на третьем индюке задняя дверь распахнулась, и из неё выбежал человек. Фыся превратилась обратно прямо в полёте с крыши, но этот бегал быстрее мальчишки и успел улизнуть в узкий лаз между заборов. Фыся метнулась следом, и тут же получила по морде оттянутой веткой какого-то куста. Встряхнув головой, она ринулась дальше и почти нагнала беглеца — она чуяла Мангустом проклятый растворитель и слышала пыхтение совсем близко, но этот гад повалил ей под ноги какие-то палки с железными наконечниками, которые стояли у забора целой вязанкой. Фыся взвыла, ушибив лапу, но продолжила бежать.

Хозяева леса вообще бегают очень быстро, быстрее людей. Однако не очень долго. Зачем? Если добыча попалась слишком резвая, лучше затаиться и подождать другую. Но только не когда это преступник, которого обязательно надо поймать. Поэтому Фыся выжимала из себя усилие за усилием. Лапы от такого обращения перестали слушаться, и Фыся то и дело в них путалась, а разок чуть не свернула вообще не туда. Индюки тяжело ухали в набитом животе. В итоге, как она ни старалась, преступник оторвался от неё на пару кварталов. Вот сейчас сядет в унгуц — и поминай как звали…

Город кончился. Ведомая мерзким запахом, Фыся чесала к реке. Она узнала это место — вот тут на мелководье плавает бревно, с которого нельзя прыгать! Фыся пробежала аккуратно, чуть притормозив, чтобы переступить на маленькое брёвнышко, а с него на другой берег заводи. Впереди раздался всплеск. Уходит, клещ! Фыся рванула с места, маленькое брёвнышко отлетело в сторону, и кошка ляпнулась в болотистую воду. Ей удалось прыгнуть на пару шагов, потом ещё, а потом лапы сказали: всё, хватит.

С трудом передвигая их в толще ила, Фыся выбрела к текущей воде. Река пахла свежестью, землёй и подземной солью. Течение уносило с Фысиного меха ил и подгнившие растения. Переплыть она, наверное, могла, хотя раньше никогда не пробовала, а река была немаленькая. Но вот найти, где именно на том берегу клещ вылез? Фыся печально засвистела носом.

Сзади раздались тяжёлые шлепки.

— Поймала? — послышался голос Хлыща.

Фыся зарычала и обернулась. Хлыщ шёл, пошатываясь и тяжело дыша, одной рукой держался за голову.

— Стукнул меня сзади, гад, — пояснил он. — Я еле встал. Заключённый — покойник. Этот гад там сидел, — он перевёл дух, — с самого начала. Шакалий призрак!

Фыся заметила, что Хлыщ ступил на опасное бревно. «Только не прыгай!» — хотела предупредить она, но кошачьим ртом вышло только «мяу-мрряу», и Хлыщ, оттолкнувшись, с воплем досады ушёл под воду.

Брошенную одежду с запахом растворителя Дротик и Луковка нашли к обеду следующего дня — в воде у берега, придавленную камнем. Запах человека с неё к тому времени вымылся. Полиция Сирия, оповещённая о беглом убийце, выставила кордоны на всех дорогах, а унгуцы заставляла спускаться для досмотра, но пока что не нашла не то что преступника, а даже и контрабандных бутылок. Хуже того, откуда брались бутылки, тоже выяснить не удавалось. Сколько Дротик ни искал, ни на одном рынке мира таких не было!