Книга Простите, магистр! Я больше не буду…, страница 49 – Алиса Квин

Не поверил.

— Тани, — сказал он, — я понимаю, что тебе сложно мне доверять, но я чувствую, что ты что-то скрываешь. Мне это не нравится! Что бы это ни было, лучше расскажи мне. Так я хотя бы смогу тебе помочь.

Ага, отвести меня к инквизиторам!

— Я не скрываю, — возразила я, — мы столкнулись с чем-то странным, даже зловещим. Ты сам рассказывал про эльфийского посла. Кто-то использует страшную, запрещенную магию, о которой даже записи в императорском архиве засекречены! Если есть хоть какая-то информация об этом ритуале, то она должна быть здесь!

Взгляд оборотня слегка смягчился. Кажется, пронесло.

— Я требую прибавку за вредность, — повысил голос Феофан, проскакивая на полку, чтобы скрыться от взгляда оборотня. — У меня чешуя от этой пыли скоро как у степного тритона будет!

Пыль над старым архивным залом на самом деле висела едва ли не живым облаком. В воздухе витал запах пергамента, плесени и особенной магии, заточенной веками в книгах, которых никто не касался веками. Мы продолжали разгребать залежи свитков в дальнем хранилище, куда, казалось, и свет не заглядывал со времен эпохи Императора Каэрина.

— Тритоны тоже милые, — пробормотала я, отдуваясь над очередной полкой.

— Вот найдем что-нибудь стоящее, тогда и потребуешь. — Подал голос Вильгельм.

— Ага. Сначала найди, потом жалей, что нашел. — Бурчал Феня с верхней полки, продолжая шуршать свитками.

Дракончик громко чихнул, распахнул крылья и выкатился на край стеллажа.

— А-а-апчи!

На этот раз он подлетел к самому верху шкафа и случайно задел крылом какую-то резную панель. С глухим щелчком та отъехала в сторону, обнажив узкую щель между полками. Оттуда посыпалась пыль, и вылетел сверкающий символ, на секунду вспыхнувший синим. Мы с напарником замерли, глядя на последствия приступа насморка «фамильяра».

— Эээ… Это я не специально, — сказал дракон, чуть понизив голос.

Мы с Вильгельмом посмотрели друг на друга. Оборотень оттеснил меня от скрытой панели, загораживая меня собой от гипотетической опасности.

— Что там? — спросила я, отчаявшись увидеть, что же там такое.

— Какие-то свитки, — напряженно ответил Вильгельм.

На этот раз напарник слегка посторонился, пропуская меня вперед. На полке, за скрытой панелью на самом деле лежало несколько свитков, но больше всего выделялся один в черном чехле, овитый лентой с серебряным тиснением. Я кожей ощущала как вокруг него вибрирует магия, она почти гудела, словно струны арфы, потревоженные ветром.

— Divisio Sparkae, — прочитала я, беря в руки находку.

— Разделение Искры, — пробормотал Вильгельм, переводя древний язык.

— Это… — начала потрясенно я, но Феофан перебил:

— Это что-то очень нехорошее. Очень-очень нехорошее.

Мы все трое ощущали энергетическую тяжесть свитка. Я держала его в руках, по коже бегали мурашки, а сердце испугано трепыхалось в груди. Даже если бы прямо сейчас подо мной разверзлась Бездна, я бы этого не заметила. Все мое внимание было сосредоточено на нашей случайной находке. Хотя, почему случайной? Мы ведь и искали любую информацию об этом ритуале. Я развязала ленту, стараясь не думать, сколько защитных чар сейчас, возможно, нарушаю. Страницы были исписаны древним слогом, но я легко смогла прочитать все символы. Краткое заклинание, четыре сложнейших жеста, и — кровь. Обязательный компонент.