Книга Квест Академия. Том 1 и 2, страница 146 – Марина Ефиминюк

Другими словами, люди вокруг должны понимать, что происходит, и немедленно незадачливого путешественника будить. Дурная новость, мягко говоря! Наверное, следовало разволноваться, но настойка валерьянового корня уже прилично меня успокоила. Я просто сладко зевнула и заснула с ленивой мыслью, что без ста капель сиропа подорожника или всезнающего Армаса вряд ли разберусь с проблемой…

На следующий день стало очевидным, что злосчастный ужин у ректора кое-что изменил: у всех появилось ощущение полного уныния. Учитывая, что до финального испытания оставалось рукой подать, терять присутствие духа не следовало и ссориться тоже было глупо. Жаль, никто этого не понимал.

Впервые за долгое время за нашим столом появились свободные места, и никто не толкался локтями. Флемм пересел к приятелям по историческому клубу, Илай за целый день не появился, а его верные «почтовые голуби» упорхнули в городскую таверну. Ужинали мы втроем.

Вокруг Бади замельтешила очередная бумажная птичка, на сей раз золотистого цвета. Он отмахивался от надоеды, но она махала крыльями и мешала работать вилкой, с каждой минутой бестолкового полета становясь все настойчивее. Наконец у непробиваемого парня сдали нервы. Он поймал прилипчивую птичку, как муху, и, не разворачивая, сунул в карман.

Невольно я заметила двух девчонок из группы поддержки Аманды, некоторое время назад пытавшихся зажать меня в туалете. Они сверкали новыми заколками в волосах и с откровенным разочарованием таращились на здоровяка, без колебаний проигнорировавшего любовное послание.

— Тебе пишет сама Аманда или ее перевоспитанные подруги? – поинтересовалась я.

— Перевоспитанные, – неожиданно признался Джер и указал вилкой в Тильду, готовую разразиться градом язвительных комментариев: – Ешь!

— Да что ты мне все время рот затыкаешь? – обиделась она.

— Шумная очень, – отозвался Бади.

Демоны меня дери, если это был не полноценный спор! Только я приготовилась с азартом слушать многословную подругу и односложно отвечающего молчуна, как над головой запорхала бумажная птичка.

С подпрыгнувшим сердцем я решила, будто написал Илай, но, когда записка послушно легла в ладонь и, демонстрируя прекрасные манеры отправителя, начала сама собой разворачиваться, стало очевидным, что она от Армаса. Я пыталась зайти к нему перед занятиями, но помощник с неприкрытой радостью в голосе объявил, что магистра нет в академии.

«Если появились вопросы, я в кабинете».

Чернильные строки стремительно побледнели и исчезли, намекая на большой скандальный секрет.

— Мне надо к Армасу, – объявила я друзьям, поднимаясь из-за стола.

— Ведьма, с таким стремлением к знаниям стоит называть тебя Ботаником, – съехидничала Тильда.

— Ведьма мне больше нравится, – парировала я, – сразу хочется соответствовать.

Время приближалось к семи вечера, в решетчатые окна заглядывала сизая темнота. Занятия уже закончились, в коридорах учебного корпуса и в преподавательской башне приглушили огни. При моем появлении в пустой приемной плотоядная мухоловка, словно хищница перед нападением, резко повернула десяток головок и с подозрением проследила за перемещениями «слабой жертвы». Хорошо, что она не выпрыгивала из горшка, как мой чудной кустик, сегодня гонявшийся за плавающими в солнечных лучах пылинками. Не прав магистр Ранор, заявляющий, будто рейнсверские растения не обладают сознанием! Мухоловка точно считала себя драконом или, на худой конец, скиффолсом. Кем считал себя кустик, оставалось загадкой, но то, что он страдал бытовым пьянством, было неоспоримым фактом.