Книга Идеальное совпадение, страница 76 – Марина Ефиминюк

— Какую стихию ждем? – сухим, деловитым тоном спросил северянин.

— Ветер, – буркнула я, не открывая глаз.

— Штормовая, значит…

Было отчаянно любопытно узнать, какая стихия подчинялась Гаррету, но он не торопился откровенничать, а я стеснялась спросить. Сидя в Шай-Эре сложно понять, почему этот вопрос настолько личный, но, попав в Норсент, я осознала, что, в отличие от нас, северяне никогда не говорят о магии, если не сидят в учебных классах.

— Ты ее вызываешь или просто наслаждаешься свежим воздухом? – с иронией уточнил Гаррет.

— Можешь, пять минут помолчать или тебя распирает? – буркнула я, приоткрыв один глаз.

— Знаешь, почему у тебя ничего не выходит?

Что ж, он умел быть безжалостно прямолинейным.

— Потому что ты беспрерывно болтаешь! – буркнула я, начиная смиряться с тем, что, как и прошлые разы, ничего выдающегося не продемонстрирую ни себе, ни миру, ни, тем более, Ваэрду.

— Существует теория, что маги похожи на свою стихию. Есть у меня подозрение, что ты обращаешься не к той стихии. Ты не штормовая, а скальная.

— Скальная, как каменная? – фыркнула я.

— Горячая, как огненный камень. Непокоримая и неприступная, как Рассветная скала в Крушвейской гряде, Адель Роуз. – Не позволяя ни на мгновение разорвать зрительный контакт, он преодолел расстояние между нами. – Ты точно скальная.

— Прикончу, – сдержанно пообещала я.

— Не торопись, я не сказал тебе главное!

— Хорошо. У тебя есть еще один шанс меня поразить, господин наставник на троечку.

— Секрет вовсе не в выборе стихии, а в том, как к ней обращаться. Шай-эрцы относятся к магии, как к обычной способности. Вы пользуетесь тем, что имеете, и восполняете ресурс энергетическими эликсирами. Кто-то талантливее, кому-то повезло меньше. Для вас магия – обыденность.

Он прав. Шай-эрцы всегда рождались с колдовским даром. У кого-то он был сильнее, у других едва проявлялся. Мы не благоговели перед магией, относились, как к художественным способностям или музыкальному слуху. Все умеют держать в руках грифельный карандаш, любой может научиться исполнять гаммы и зажигать магические светильники в комнате. Обыденность! Другое дело, не каждый способен написать шедевр, сочинить симфонию или освоить заклятия высшей магии.

— Вы быстрые, – продолжал Гаррет читать лекцию, засунув руки в карманы, – ваши заклятия мощные, но магия – конечна. Вы истощаетесь. Стихия же никогда не иссякает. Бери, сколько хочешь, но не проси, а приказывай. Она признает только силу.

Краем глаза я заметила вокруг нас неясное движение. Порывисто повернула голову. С земли, медленно и плавно, поднимались крупные капли воды, больше всего напоминающие круглые стеклянные бусины. Сквозь них было видно поле, землю и лес. Тысячи маленьких искаженных картинок, как в испорченном уменьшающем стеклышке! Неожиданно я поймала себя на том, что стою с открытым ртом, и прошептала на выдохе:

— Вода… Ты водный стихийник!

— Ливневый, – поправил он. – Я сумел тебя поразить?

— Более чем! – даже не подумала отпираться я.

Неожиданно дрожащие капли рухнули вниз. Ударили по голове, заставив ойкнуть и вжать шею в плечи, закатились за шиворот, барабанной дробью простучали по земле. На стеганом жилете и на рукавах спортивной кофты остались подтеки.

— Ваэрд! – заорал Илвар с другого конца полигона.