Книга Давай поспорим, страница 77 – Марина Ефиминюк

— С друзьями, – подсказала я.

— Ты мое сообщение не получила? – кажется, он искренне удивился. – Я просил прийти на матч, если ты готова к разговору, но ты… похоже, просто отправила мой магадрес в черный список.

— Я предупреждала, – развела руками.

— Думаешь, зелье уже действует? – спросил он.

— Понятия не имею, – ответила я. – Никогда его ни на ком не испытывала. Это слишком жестоко. Варила на экзамене по зельеварению ради оценки.

— Тогда спроси что-нибудь, – потребовал Киран.

— Ты считаешь меня красивой? – ляпнула первое, что пришло в голову.

— Да, – резковато ответил он, не сводя с меня пристального взгляда. – Ты полностью в моем вкусе. Мне нравится в тебе абсолютно все: лицо, губы, глаза. Даже цвет волос, хотя он абсолютно нелепый. И ты меня демонски возбуждаешь… Похоже, зелье действует.

— Кхм. – Чувствуя, как вспыхнули щеки, я кашлянула в кулак. – Тебе лучше знать.

— Спроси, почему я спорил? – предложил он. – Просто позволь мне ответить на этот вопрос. Иначе у меня крыша съедет.

— Я знаю, почему ты поспорил, Киран. Мне не надо дважды рассказывать о причинах, – отказалась я. – Меня пугает то, что ты оказался человеком, способным заключить такое унизительное пари…

— Прежде я не совершал ничего подобного, – перебил он. – Но после разговора с тренером мы столкнулись в сквере. Ты говорила абсолютно правильные, беспощадные вещи, просто била по всем болевым точкам. Я взбесился и вступил в пари быстрее, чем осознал, во что ввязался. Мы все вступили, не думая о последствиях.

— Так у вас там целый клуб спорщиков?! – охнула я.

— Пожалуйста, Эда, можно ты задашь другой вопрос? Из меня просто рвется наружу правда, а отвечать я не хочу. Это не мой секр… Найт, Дарквотер, Стафшер и Фейн!^[1] – выпалили Киран фамилии всех звезд сборной и растер лицо ладонями. – Проклятье!

— Я ходила в футболке Колдера Найта! – С возмущением я указала на раскрытый шкаф, в котором на плечиках висела злосчастная шмотка.

— Да и это выносило меня неимоверно, хотя я сам тебе ее купил, – со смирением в голосе согласился Киран. – Когда я заключал пари, думал, что забуду о нем сразу после бала, но ты оказалась…

— Какой?

— Собой. – Он усмехнулся. – И я не понял, в какой момент так сильно влюбился.

На весеннем экзамене профессор спросил, почему я решила варить именно зелье правды. Признаваться, что сложная работа наверняка принесет высокий балл, мне показалось неуместным. Ляпнула, что поверю признанию в любви, если парень хлебнет зелья правды, и хочу быть готовой, если кто-нибудь внезапно броситься признаваться. Иронично, но в конечном итоге именно так и вышло.

— Ты мне веришь? – тихо спросил Киран.

— Конечно, я же сама варила зелье, – отозвалась я, отчаянно краснея. – Но почему ты не вышел из спора? Забыл о нем? Ты же в курсе, что твои приятели начали делать ставки?

— Я… – Он выдохнул и предупредил: – Это прозвучит глупо… На балу ты должна была пригласить меня на Серебряный танец, а я отказаться. Такое условие спора. И я подумал, что просто выйду на танцевальный паркет вместе с тобой, и все само собой закончится. Все, что между нами происходило, станет настоящим.

— Для меня все было по-настоящему! – с обидой воскликнула я.

— Знаю, – согласился он.

Сложно злиться на человека, который не пытается юлить и настолько честен, что начинаешь теряться. Все претензии и обвинения кажутся незначительными перед этой всепоглощающей откровенностью.