Книга Небеса Элис, страница 72 – Марина Ефиминюк

Элис поменялась в лице.

— Сделай милость, забудь о том, что видел.

Она выбралась на обочину дороги рядом с автобусной остановкой, расписанной неумелым граффити.

— Эллисы–сщи, чошим–хэсе–ё , ‒ доңеслось из машины ледяным голосом.

— Я ни черта не пoняла, что ты сказал!

— Они правы. Ты можешь оказаться одержимой.

С непроницаемым видом гордячка шарахнула дверью и отошла от автомобиля. Резко нажав на газ, кореец совершил умопомрачительный разворот через две сплошные линии и вскоре исчез из поля зрения.

***

Марк поставил на стол металлическую миску с овощами и вручил Элис деревянные ложки:

— Закончишь с салатом?

Пока мужчина у плиты сноровисто добавлял в спагетти соус, она кое-как перемешивала овощи с бaльзамическим уксусом, попеременно перекидывая через край миски то лист салата, то помидор.

Было умилительно следить за Мистером Совершенство в кухонном переднике в розовую клеточку, купленном Элис ради создания домашнего уюта. Сколько бы она не пыталась, но не видела в Марке изъянов. Даже с готовкой он справлялся лучше и взял на себя кухонное шефство, выделив соседке роль поваренка на подхвате.

— Твоя сестра в порядке? - Он повернулся как раз в тот момент, когда Элис соскребла со столешницы кружок огурца и бросила обратно в салатницу, а не в мусорное ведро.

— Не знаю, – с непроницаемым видом ответила она. – Мы не созваниваемся.

Мысли о предательстве сестры отбили и без того не особенно хороший аппетит, а запах бальзамического уксуса в салате стал вызывать тошноту. Элис хлебнула воды, стараясь запить появившуюся во рту горечь.

— Что происходит между тобой и Ким Чжуном? - вернувшись к спагетти, полюбопытствовал Марк. ‒ Вы поссoрились после ресторана?

Соседка на секунду замерла со стаканом в руке.

— С чего ты решил?

— Вы не разговариваете два дня, но ты все равно поглядываешь на часы, оҗидая его возращения.

— Тебе показалось, - огрызнулась она, но тут же поймала себя на том, что украдкой покосилась на настенные часы. Вечер подступал к рубежу десяти часов, а кореец еще не появился.

— Ким Чжун классный? – небрежно бросил Марк, и Элис подавилась водой. Постаравшись перебороть кашель, она просипела:

— Мы носим одинаковые сережки и оба завязываем волосы в пучки! Выходит, мы оба классные?

Неловкая ложь. Близость Чжуна вызывала подозрительное смущение и от его мягкого, вкрадчивого голоса сладко сводило живот.

— Он тебе нравится?

— Он не разговаривает, а раздает приказы и лезет в чужие дела.

— Выходит, я не ошибаюсь, - задумчиво пробормотал Марк.

Ким Чжун испугал ее, трусливую птичку. Он пытался разворошить прошлое, заставлял перетряхивать воспоминания, хранимые от чужих глаз. Если умный мозгоправ именно это называл «методом сдирания пластыря»,то Элис отказывалась продолжать садистскую терапию!

— Я не люблю авторитарных, помешанных на контроле типов с сережками в ушах. Точка! – заупрямилась она, раздражаясь от того, что ее вранье было неспособно обмануть ни окружающих, ни ее саму.

Собеседник понимающе улыбнулся.

— Как скажешь.

— Аннёнхасэ–ё, - поздоровался из дверей Чжун, и Элис почувствовала, что начинает заливаться краской.

— Ким? – Марк с издевательской улыбочкой отсалютовал соседу деревянной лопаткой. - Ужин почти готов.

— Я переоденусь, – отозвался кореец и громко добавил: – Здравствуй, Элис.