Книга Небеса Элис, страница 122 – Марина Ефиминюк

— Какие ещё новости?

Девушка опустила голову и принялась нервно теребить пуговку на вязаной кофте,такой замусоленной, словно ее вытащили на свет божий из прабабушкиного сундука.

— Я одержима демоном и едва не умерла неделю назад, но меня спас один корейский шаман каким-то особенным зaклинанием, которого крестный не нашел ни в одном гримуаре, хотя буквально обложился книгами.

— Видимо, тėбе повезло иметь знакомых, умеющих писать заклинания? – усмехнулся Чжун.

— Видимо. - Элис посмотрела на него, прямо, пронзительно, как только она умела. - Из-за этого заклинания ты истекал кровью?

Колдун кивнул.

— Поэтoму ты позволил мне войти в ванную? Догадывался, что оно для меня?

Еще один кивок.

— Меня никто и никогда не защищал, – тихо выдохнула она. – Спасибо.

— Не за что.

Некоторое время они смотрели друг другу в глаза.

— Подвинешься? Я толком не спала последние дни. Один мой знакомый валялся без сознания, а я боялась, что пропущу, когда он очнется, - изогнула брови девушка, намекая на то, что хотела прилечь рядом.

— Этот твой знакомый неделю не мылся и наверняка ужасно пахнет, – отoзвался Чжун.

— Представь, что у меня забит нос.

— Что значит «забит нос»? - наивно полюбопытствoвал он.

— Это когда уже неважно, кто и как пахнет.

Боясь прикоснуться друг к другу, они лежали каждой на своей половине кровати, покрытой пуховым тюфяком поверх матраса. Видимо, это была какая-то особенная русская традиция, превращать постели в гнезда, убивающие здоровые спины.

— Что вам сказал демон? - вдруг спросила Эль. – Мне не по себе от всеобщих задумчивых взглядов.

Чжун помолчал, а потом признался, искренне надеясь, что она не станет любопытствовать:

— Он сказал правду.

***

— Ты должна собрать вещи и вернуться домой! – безапелляционным тоном заявил отец и даже внушительно прихлопнул ладонью по столу, надеясь, утвердить революционную мысль в голове упрямой дочери.

— Зачем мы здесь, в смысле, я и мои вещи? Когда приедут коробки из Гонконга, вы ещё половину попросите увезти, – совершенно не испугавшись родителя, пообещала Элис.

— Алиса, жить с двумя неженатыми колдунами – совершенно неприемлемо, - попыталась нажать Лайма. – Мне звонят подруги и спрашивают, как я допустила подобное… непотребство.

— Так скажи, что я живу только с одним, а со вторым – просто соседствую. Только не уточняй, с кем именно, пусть помучаются от любопытства, - иронично предложила Элис мачехе и поднялась: – Мне пора. Сегодня Ким Чжун готовит ужин, не хочу пропустить.

Отец демонстративно схватился за сердце, намекая, что фривольное поведение дочери доведет его до инфаркта.

— Пока.

Она поцеловала папу в щеку, а когда подошла к Лайме, то та сжала руку Элис и, заглядывая в глаза, попросила:

— Зайди к Миле.

Падчерица замерла, осторожно освободилась.

— Мам, не обижайся, но мне нечего ей сказать.

И все равно, проклиная собственную бесхребетность, проявлявшуюся каждый раз, когда дело касалось Эмилии, девушка приоткрыла дверь в ее комнату. В охваченной сумерками спальне пахло чем-то кислым, словно в ней жил старый человек. Отвернувшись к стене, подавленная злодейка лежала на кровати.

— Привет, – произнесла Элис.

— Привет, – прозвучал глухой голос.

Они oбе молчали, ведь после всего случившегося говорить было не о чем, да и просить прощения сестры тоже не собирались. Мила закуталась с головой в одеяло, давая понять, что не хочет видеть сестру, и та тихо прикрыла дверь.